Такое не подделать.
По крайней мере, с уровнем технологий, доступным людям моего времени.
— Где же я? — вопрос вырвался из груди с горьким чувством растерянности. Я не знал, что делать, в голове были пустота и что-то вроде гнетущего звона. Паниковать? Суетиться? На кой чёрт? Случившееся было слишком выбивающим из колеи, чтобы у меня были моральные силы на подобные глупости.
Я опустил взгляд к груди и напряг руки, наблюдая, как рельефно выпирают под рукавами витые мышцы. Нельзя сказать, что я пренебрегал спортом, не увлекался — да, но в определённые моменты приводил себя в состояние довольно подкачанного парня. Не мистера вселенная, конечно, но соточку поднятий восьмикилограммовой гантели каждой рукой без перерыва в те моменты сделать я мог легко, как и полторы сотни упражнений на пресс, километровую пробежку и прочие вариации на тему «растрясти жирок» . В общем, пусть не профессионально, но что такое наращивание мускулатуры, я знаю. Однако даже в лучшие свои годы, когда сила воли уверенно теснила любые отговорки лени, я не мог похвастаться таким состоянием своего тела. Казалось, во всём мне нет ни грамма лишнего жира, в то время как среди мышц натренированы были даже те, о существовании которых я раньше вообще не подозревал. Они буквально чувствовались и легко откликались при попытке себя напрячь, создавая ощущение, схожее с тем, которое испытываешь, когда первый раз умудряешься дёрнуть грудными мышцами, только сразу по всему телу.
А ещё способности… Я ведь до сих пор помнил, как ими пользоваться. Как взлетать, опускаться, как ускорять течение времени для себя, как промораживать воздух своим дыханием, как… испускать лазерные лучи из глаз.
Моторика, ощущение привычности, чуть подзабытых, но легко восстановимых рефлексов. Я просто не знал, как это описать, но…
Стоило направить взгляд на валяющийся чуть поодаль валун и сосредоточиться на этих ощущениях, как я сразу понял, как именно надо напрячь глаза, чтобы воплотить желаемое. Короткая, тупая, как при нажиме, резь — и зрение окрашивается в алый, а я чувствую, что стоит мне отпустить какой-то внутренний клапан — и из меня вырвется нечто убийственное и разрушительное. Последнее движение мысли — и в валун ударяют два багровых, различимых даже в этом алом зрении луча. Ударяют и начинают стремительно плавить, вместе с тем протаскивая тот по земле, словно не лазерные лучи, а какой-то поток воды из гидранта.
Полторы секунды — и валун растёкся продолговатой лужицей кипящего камня, спекаясь в однородную массу с местной вулканической почвой. Я же отключил лучи из глаз так же легко, как и активировал.