— Наркоманы какие-то, — молвил я смиренно, убирая в ножны тесак, уже очищенный от крови балахоном убитого, — попробовали выбить из меня денег на дозу.
— Ха-ха, ну и как, попробовали? — смешливо выдохнула растрепанная красавица, на которой из одежды была лишь светлая юбка до колен и узкая полоса ткани вместо лифчика. Блеснула фикса, на боевом правом предплечье звездочками в лунном свете играли витками три одинаковых браслета. Раскраска, разумеется, самая боевая. Когда они успевают напомадиться, на бегу, что ли?
— Так вот… — развел я руками.
— Какой у тебя внушительный посох, Гоб! — хохотнула красавица, глядя вовсе не на дубину, а на штаны. — Ночью он мне очень понравился.
— Сесилия! — возмутился я. — Трупы кругом, а ты…
— Трупы всегда мешают любви. Сейчас девушки их уберут, отволокут в свинарник, — буднично заявила пышная ведьма. — Крови ты пустил не так уж много, скоро будет дождь, он смоет все следы.
— Куда отнесут⁈ — не поверил я.
— Не волнуйся так, у моей верной подруги семь голодных свиней, — подтвердила она без тени смущения, для пущей ясности показав пальцем в сторону длинного дома с сараем. — Обглодают за пару дней, и следов не останется.
Я сглотнул.
— Скажи мне, что это шутка…
— Что тебя так взволновало, дорогой мой? Или ты не знал, что все свиньи жрут человечину? Да ведь они все жрут, перерабатывая в отличное нежное мясо!
— Твоя верная подруга пирожками на местном рынке не приторговывает? — спросил я напряженным голосом.
В ответ матрона заржала во весь голос.
— Ты же ешь грибы, растущие на останках падших животных, даже не задумываясь об этом! И ловишь в реке деликатесную донную рыбу, обгладывающую утонувших. Это вечный круговорот всего вкусного!
К горлу подкатил горький комок.
— Мертвый человек — это просто мертвый человек, как жареный олень — мертвый олень, — продолжала она разглагольствовать. — Если люди не брезгуют питаться мертвыми животными, почему бы и животным не питаться мертвыми людьми? Все дело в том, как на это смотреть, и ты вполне можешь…
— Хватит!
И она осеклась, наконец-то поняв, что подобные речи от женщины вряд ли вызовут у мужчин любовные чувства, да и нечего на ночь глядя философию разводить.
Чертова язычница, хорошо, что у меня пустой желудок! Я торопливо нащупал в кармане маленькую плоскую фляжку с коньяком, которую мне вручил исландец на предмет придания оперативной бодрости похищенным после их освобождения, отработанным движением открутил пробку на стальной планке и опрокинул содержимое в рот. Шумно выдохнул.
— Клево тут у вас…
— Что ты сказал?