Страсть под грифом «секретно» — Марта Заозерная

– Нет, я запомнила.

Как только скрываюсь с его глаз за поворотом, достаю из сумочки телефон и набираю Давида.

Меня разорвет на части, если прямо сейчас не получу ответ на интересующий меня вопрос.

Вдох-выдох. Плакать нельзя. Я ведь понимала: наши отношения долго не продлятся. Но не хочу, чтобы они заканчивались именно так .

Глава 40

Олег

После поездки к моим родителям Лена заметно притихла. Когда мы вернулись домой, она приняла душ и сразу отправилась спать. Даже не отругала меня как следует.

Вернее, и словом не обмолвилась относительно подставы.

А я ждал, между прочим. Понимал, что так просто с рук мне подобный «сюрприз» не сойдет.

Испытываю ли я стыд за то, что поставил её в неловкое положение? Нет, нисколько.

Признайся я, куда мы отправимся, она бы глотку мне перегрызла, но не поехала, а подобный расклад меня не устраивает. Её безопасность важнее дурного расположения духа.

Единственное, что меня злит – поведение отца. Но даже оно ожидаемо.

Он, в отличие от мамы, не горит желанием обзавестись внуками, тем более, если они будут иметь отношение к Двали. Отец уже давно не в том состоянии, чтобы радоваться чему-либо.

Но я и не смотрины устраивал.

Несмотря на проблемы со здоровьем, авторитет в определенных кругах он сумел сохранить. И даже больше скажу: сейчас отец более нетерпим, резок и скор на расправу, чем раньше.

Поводов устраивать разборки в последнее время, конечно, поубавилось, но нет-нет, да и творят беспредел всякие отморозки. Сферы влияния и активы давно поделены, и после отставки с поста сенатора Виктор Алексеевич, скажем так, присматривает за балансом сил у нас в регионе.

Лена же, в свою очередь, внесла смуту.

Разговоры пошли разные, и мне это не нравится.

Заворочавшись во сне, она переворачивается со спины на бок и вжимается лбом в мое плечо. Бормочет что-то невнятное.

Хочется верить, что не заклинание против моего члена.

С неё станется.

– Ты не спишь? – спрашиваю негромко, хотя и так знаю ответ.

– С тобой разве поспишь? – сонно отзывается. – То звонят, то печатаешь что-то очень громко.

– Громко? На сенсорном экране? – усмехаюсь.

– Я слышала, как ты тыкал пальцами… – ворчит.

– Видимо, не туда тыкал, поэтому и бесишься.

Говорить о том, что именно из-за нее я сбился с привычного ритма и нихрена не успеваю, я не стану при любом раскладе.

В следующую секунду меня подкидывает на месте.

У Адамии, похоже, заканчиваются аргументы, и в попытке доказать свою правоту она вгрызается зубами в мое плечо.

– Ты сумасшедшая.

Перекидываю свою дикую кошку на спину и нависаю над ней, удерживая вес на локте.