Байки с немного ошалевшей от моей выходки Амайей спустились, я вручил ошалевшей еще больше девушке змеек, и занялся командиром наёмников.
— Аким, но это же нагайны! — Амайя прижалась щекой к нежной детской щечке, вторая головенка доверчиво прижалась с другой стороны. Для индианки наги практически как боги, они для них святы. Для пакистанцев тоже, кстати, да и афганцы к ним отнесутся, скорей всего, как к джиннам минимум.
— Да. Держи их. Повезем домой, там взрослые дяди и тёти разберутся. — Спихну детишек Силаньтеву, а тот пусть в Москву везет, не оставят нагинь в Ташкенте, просто не позволят. Это же редкость редчайшая, это возможность установить контакт с иной цивилизацией. Причем контакт доброжелательный, по легендам, наги помнят и добро, и зло. И отплачивают той же монетой и тем, и тем.
Да уж, знание сила, но какая грязная каша в башке у этого «блекуотовца». Даже среди наёмников есть отбросы, так вот этот именно такой. И отряд у него в крови по самую маковку, а в дерьме уже с ручками. А потому…
Наношу еще пару перекрывающих пентограмм, у меня получилась пятнадцати конечная звезда. Рисую рунные цепочки, выжигая их «могильным пламенем» на скалистом грунте, перекрывая руны и затирая руны, выложенные в специальных канавках молотым прахом. В вершину каждого луча, длинного и короткого, укладываю наёмничков. Трех оставшихся просто бросаю в центре пентограммы. Телекинезом вешаю над ними пять «клейморов», установленных на радиоподрыв. Усаживаюсь на свой байк, взлетаю, бросив внизу кучу трофеев, разве пару пулеметов и пяток винтовок в кузовок прицепа закинул. Ну и пяток вещмешков, прапорщик я или погулять вышел? Ну, еще туда же бросил содержимое карманов наемников, но обшмонать успел так, по-быстрому.
Отлетаем на полкилометра, давлю на подрыв. И даю газу изо всех сил. Скоростной полет на малой высоте тот еще аттракцион, честное слово. Позади меня встает облако лютой мощи, устремленное вверх и вправо-лево, где стояли еще команды жертвоприношения. Ну да, три команды, три луча атаки, сойтись которые должны были уже в Термезе. То есть смести его с лица земли мощнейшим торнадо, после чего пройтись по городам Туркестана. Ашхабад, Бухара, Самарканд — минимум. Еще Сталинабад и Ташкент вполне могли попасть под замес. И это все не считая мелких городов, поселков, аулов, кишлаков. Наш Туркестан весьма населен, особенно здесь, в междуречьи. Но сейчас нет центрального луча, а моя звездочка высасывает силы из двух боковых. Ну да, надо заветное слово сказать.
— Мара, тебе приношение, прими, будь добра.