У Альфэй ещё до вознесения дважды случались короткие, но бурные романы, правда, даже тогда от мужчин она не слышала столь приятных слов и признаний. После вознесения личная жизнь отошла далеко на задний план: она слишком сосредоточилась на учёбе. Да и с учётом предстоящей стажировки когда ещё выпадет возможность?..
Захотелось вспомнить, каково это — быть желанной женщиной.
— Заглянешь в мой павильон на чай? — решительно предложила она старшему ученику Е.
Альфэй не знала, что может стать богиней. Её случай, по словам наставника Ли, был действительно уникальным, ведь из техногенных миров если и возносились, то очень редко. Поэтому за свой шанс стать самой настоящей богиней она держалась крепко.
Все эти годы Альфэй посвятила обучению. Она очень хотела доказать, что её вознесение — не случайность и не ошибка, а закономерность. Потому что она упорная и трудолюбивая, аккуратная и внимательная. Впрочем, она сама не верила в это до конца.
В своей человеческой жизни она работала на благо общества: была чиновником Комитета по управлению городским хозяйством, а по факту попросту девочкой на побегушках. Начальник не стремился выше и ей не позволял вырасти по карьерной лестнице.
На работе Альфэй пахала одна за весь отдел, и поэтому ей не горели желанием давать отпуск, не позволяли уезжать на учёбу или по обмену опытом, посещать выездные совещания. Буквально заперли в четырёх стенах среди шкафов, забитых папками с документами. Зато когда поднимали зарплату или давали премию, то тут она оказывалась на последнем месте. Всем было нужнее: молодым специалистам, старшим коллегам, юбилярам, декретным, коллегам-мужчинам, которым нужно кормить семьи. Всем тем, кому необходима была её помощь, чтобы выполнять свои трудовые обязанности.
Начиная с тридцати, её преследовали проблемы со здоровьем: недосып и бессонница, депрессия, выгорание, простуды, ноющий желудок и боли в спине из-за долгих часов просиживания за сметами и жалобами. А ещё отчаяние из-за беспросветного и бесперспективного будущего: ощущение тщетности всех усилий, потеря смысла жизни.
Заметили Альфэй в тридцать шесть лет на совещании, на котором она замещала начальника, и предложили повышение. В эйфории от того, что её старания, наконец, были оценены, она вознеслась на Небеса.
Однако стоило эйфории немного улечься, и оказалось, что на Небесах — вся та же самая «канцелярия», что и в её родном мире. Только ставки в борьбе за место под солнцем тут выше.
Боги и богини не гнушались использовать своё тело, чтобы получить привилегию, выгодное назначение или более лёгкое экзаменационное задание. Стоило заметить, что о старшем ученике Е ничего подобного не говорили, но в романах с наставницами он отметился, и поэтому Альфэй до настоящего момента считала, что это неспроста, и мужчина не гнушался любых методов.