Альфэй осталась в поместье Цин, на территории которого располагался совет стражниц востока Чайной провинции. Совету принадлежал отдельный павильон для обучения и принятия внутренних решений, а также казарма с полигонами для стражниц.
Комната Альфэй досталась в единоличное пользование. Из одежды ей выдали спортивный костюм с кроссовками, спортивное нижнее бельё, юбку с жилетом и белую блузу с ботинками, словно какой-то школьнице. Как она позже выяснила, чутьё не обмануло, и это правда оказалась учебная форма стражниц.
С ней несколько раз пробовала по душам поговорить Цин Жуйлин, но в конце концов, сдавшись, отправила её учиться вместе со всеми. За партой в окружении шушукающихся девочек-подростков Альфэй ощутила себя не очень уютно и уместно. Учили юных стражниц тоже исключительно женщины.
— Без стражниц мировой порядок немыслим. Без нас ожившие пожрут всё живое. Им неведомы жалость, усталость и боль. Их ведёт лишь вечный голод… — Наставница прервалась, отреагировав на поднятую руку Альфэй. — Что-то непонятно, У Фэй?
— Вы упомянули стражниц… Разве мужчина не может стать стражем? — Вопрос потонул в смешках и шепотках её соучениц.
— Только женщины обладают врождённым целомудрием, ничего общего с девственностью не имеющим, хотя и это тоже важный аспект для развития сил стражницы. Чем дольше женщина живёт, тем сложнее ей оставаться чистым проводником божественного провидения.
— Я-асно… — протянула Альфэй, которой, впрочем, ничего ясно не было.
Почему в её мире вновь появились какие-то разделения женщин и мужчин на группы по интересам? Она ведь разобралась со своим предвзятым отношением к мужчинам? Что же опять пошло не так?
Библиотека стражниц, в том числе, была оснащена компьютерами, так что Альфэй большую часть свободного времени проводила там, изучая своё новое творение. Войны в этом мире действительно были редкостью, ведь люди и без того постоянно находились на грани вымирания. Главной угрозой для них стали ожившие — мертвецы, которые под воздействием некроэнергии и «негативных» чувств и эмоций людей, таких как гнев, зависть, страх, ненависть, восставали из своих могил. Хотя в этом мире повсеместно старались сжигать своих мертвецов. В живой природе сжигание и не требовалось: всё же лишь за счёт некроэнергии мертвецы и не думали разгуливать по округе и пожирать живых. Зато если рядом с трупом тигра случится погоревать или позлиться человеку — беды не миновать.
По этой причине посещение природных территорий, таких, как горы, леса, озёра находилось под строжайшим запретом. В полях и на фермах работали автономные, дистанционно управляемые машины. А природой любовались в небольших парках, по большей части совсем лишённых животных. От зоопарков после нескольких трагических случаев полностью отказались.