Заняв места в двух грузовиках, мы выехали на выделенный нам участок. В лагере, где мы живем остались лишь по двое дежурных из каждого барака. После наведения порядка, они будут помогать повару в приготовлении пищи.
Представьте себе бескрайнее поле, в несколько сотен гектаров, дальний конец которого, теряется где-то на горизонте. От края дороги начинаются ровные грядки, усаженные одинаково серыми кустиками хлопчатника, высотой от пятидесяти и до семидесяти сантиметров. На пять-десять кустиков, встречается две-три коробочки распустившегося хлопка. Каждая из них весит около пятнадцати грамм. С одной стороны, вроде бы и немного работы, но после того как пройдешь под палящим солнцем метров двести согнувшись буквой «Г» ощупывая каждый кустик, начинаешь понимать, что собрать пятьдесят килограмм не такая уж и простая задача.
Каждый занимает выбранную им грядку и начинается долгий поход, к противоположному концу поля. Примерно на его середине, стоит тракторный прицеп с высокими решетчатыми бортами, возле него стоят весы, чуть поодаль от которых на грубо сбитом топчане, с небольшим навесом из куска старого брезента, дающим хоть какую-то тень, на расстеленной кошме, восседает толстый здоровенный мужик-узбек, одетый в плотный ватный халат. Это местный весовщик, который принимает у нас собранный хлопок, взвешивает его и записывает полученную цифру в свой журнал. После взвешивания, хлопок высыпается в прицеп, подняться на него можно с помощью лестницы, прислонённой к его борту. Возле него стоит ляган, на котором находится маленький заварной чайник и пиала, а в небольшой металлической тарелочке лежит нават — чуть голубоватый кристаллический сахар, местное лакомство. Внизу, на земле большой самовар, в котором всегда есть кипяток. При желании, сдав хлопок всегда можно ненадолго присесть на топчан и выпить чашку ароматного чая, при этом послушав рассказы весовщика. Правда, разговаривает он только на Узбекском языке, поэтому не все понимают то, что он предлагает каждому из нас.
Дойдя до конца своей грядки и встав на другую, дохожу до середины поля и решаю сбросить лишний груз собранного хлопка. Несмотря, на казалось бы, полный мешок, получается всего около десяти килограмм веса. Другими словами, чтобы собрать норму, мне нужно минимум пять-шесть раз проделать уже пройденный мною путь, на который я затратил около часа. Похоже к вечеру будет не до посиделок под гитару с песнями. Уже сейчас поясница деревянная, а что будет позже, даже не представляю.
Слышу голос весовщика:
— Э, бола, не торопись! Сядь, отдохни, выпей чашечку чая, поговори со старым человеком, воздай ему уважение, глядишь и тебе вернется тоже самое! — восклицает он, вновь усевшись на топчан и по-особенному сложив ноги.