— Я понял. Увы, дать вам лишнего дня я не могу. Я не почтовый голубь, госпожа. Я не хочу выслушивать от Линя требования, бежать к вам, выслушивать оправдания и просьбы и нести их мастеру Линю. Повторю еще раз — мастер дал вам всего неделю, а прошло десять дней. С каждым днем его раздражение растет.
— Линь всегда раздражен! — наставница начала нервничать сильнее. — Он не понимает всей важности подобной работы, он думает только о своей войнушке. Печати на основе старых рун получаются массивнее, чем из обычных, высчитывать их дольше и труднее, но получаются они куда мощнее! Эти знания могут изменить существующий подход к рунологии, которая в какой-то момент пошла по пути упрощения в ущерб силе! Подумай сам: разве такая важная тема не стоит нескольких лишних дней, чтобы разобраться в ней?
— Не тогда, когда за ваш незапланированный отдых ответственен я. Я верну вас в секту, вы поговорите с Линем, и если убедите отпустить вас на месяц, я помогу вам добраться до столицы.
Правда, помогу только когда сам в очередной раз соберусь сюда. Но об этом я сейчас не сказал, чтобы наставница не начала торговаться еще и за точную дату.
— Дай мне хотя бы еще два дня! Два дня, Китт!
— А потом вы попросите еще два дня, а затем еще три. Давайте обойдемся без полумер и компромиссов.
Женщина закусила губу, посмотрела на меня с мольбой в глазах, но на меня этот щенячий взгляд не действовал.
— А если я скажу тебе, что почти закончила расшифровку самой важной части? Что осталось буквально несколько часов работы, чтобы перенести на бумагу самую важную часть, которая связует собою все, что я начертила до этого?
Эта попытка выгадать еще пару часов напомнила мне внука, который так же отчаянно торговался за время, проведенное за домашним компьютером.
— Госпожа Мэй Лань, эти разговоры не помогут вам достичь желаемого. Мы с вами все равно отправимся в Циншуй, и только от вашего поведения сейчас зависит, доставлю ли я вас потом обратно.
Наставница посмотрела на меня, прикидывая, насколько я серьезен, а потом вздохнула и нехотя кивнула.
— Дай мне десять минут, собрать бумаги.
Спустя десять минут я заскочил в особняк принца, забрал восемь тысяч золотых. Монеты лежали в мешочках, уложенных в ящик, и весили больше полусотни килограмм. Тяжесть, поднимая которую, я не чувствовал недовольства.
Первая телепортация перенесла нас с Мэй Лань в глубокую лужу, вторая — вынесла из-под тучи и треклятого дождя, и только четвертая вывела к глубокому ручью. На противоположном берегу не было ничего, кроме зеленых от тины валунов и травы, а на нашем стояли заросли высоких ив, мягко покачивающих ветвями над водой.