Ему снова придется вернуться туда. Снова нырнуть в узкие, холодные тоннели в поисках своей цели. В этом можно было даже не сомневаться. Ведь он — самый острый клинок семьи Миринис. Канис догадывался, о чем попросит его брат. По слухам оставалось всего лишь двое Верховных Зилотов. Никто не знал, сколько очков заработали семьи в этой игре , которую затеял человек по имени Кир. Миринис убили нескольких Зилотов и этого могло хватить для победы, но Титус волновался. Он хотел быть уверен в успехе. И для этого он произнес вот что:
— Я хочу, чтобы ты принес мне голову Луго Шшентршон.
— Наконец-то, — рыкнул Канис. — Ждал этого с самого начала! Ты дашь мне отряд? — он постарался, чтобы его голос не звучал слишком жалобно.
— Боюсь, в этот раз тебе придется отправиться в одиночку. Нас, — Титусу тяжело было признавать, но он нашел в себе силы, — нас осталось слишком мало. Война унесла многих наших.
— Сколько? — Канис только сейчас понял, что вокруг брата нет обычной охраны. Проклятье. Все мертвы?
— Я сбился со счета, — грустно заметил Титус. — Как видишь, пришлось сформировать еще отряды из личной охраны. Если скажешь, что не сможешь — мы остановимся, Канис. Еще лучше — я пойду с тобой. Как думаешь? — глаза Титуса сверкнули пламенем битвы, брату едва удалось подавить улыбку.
— У тебя роль куда важнее, — ответил Канис, старательно избегая соблазна назвать брата «обузой». — Ты ведь держишь меня рядом как раз для такой работы. Вот и не стоит тебе мараться в этих тоннелях!
— Прекрати, не говори так, — попросил Титус. — Ты не хуже меня знаешь, что я люблю тебя и никогда бы не подверг подобной опасности. Но сейчас… сейчас на кону слишком многое.
— Конечно, ты же можешь стать королем воров! — захихикал Канис.
— Дело совсем не в этом, — отмахнулся Титус. — Разве ты не понимаешь, брат? Они позволят нам снова сидеть за столом. Позволят войти в город, как семье Миринис, а не как безликим рабам, вынужденным скрываться в тенях своих господ.
— Существовать в чьей-то тени не так уж и плохо, — тихо заметил Канис.
— Не в этом дело, и ты это прекрасно знаешь, Канис! Мы не для этого были рождены! Вспомни, что рассказывал нам дедушка!
Канис помнил. Гораздо лучше, чем его брат. И слова деда сейчас звучали куда убедительнее, чем пламенная речь Титуса. «Лисам не стоит высовываться из своих нор, когда их никто не ждет». Эта фраза всегда казалась Канису слабой, трусливой и мерзкой. Её значение он понял намного позже, когда дедушки уже не стало. Каждый раз, когда их семья пыталась найти место под солнцем — все заканчивалось жертвами, потерями родных и близких. А после малочисленная семья Миринис вновь возвращалась в свои норы, постыдно поджав хвосты и сложив уши. Но таким, как Титус, всегда было мало. В них текла горячая, жаркая кровь — так говорила их бабушка. Рыжие лисы рождены, чтобы требовать от жизни все! Поэтому такие, как Канис, чья шерстка черная, неприметная — должны поддерживать их, помогать и спасать, когда рыжие неминуемо сунут любопытный нос слишком близко к солнцу.