Сержант говорил все тише, и Ло будто воочию видела такой же тихий золотой вечер, пропитанный гарью и запахом паленого мяса. Боевые маги работают грязно, а уж с людоедами-варварами и вовсе никто не церемонился. Огненный ветер… Знала она его. И даже использовала несколько раз. Очень удобно атаку останавливать. Кошмары потом, правда…
— Вот тогда он и вылез, — тяжело продолжил Тибальд. — Где только прятался? Он ведь, миледи, в крепость как-то пробрался, понимаете? Потому и в живых остался. Наверное, готовился изнутри что-то учинить. Мальчишка совсем. Шаманенок. У них у всех, у шаманов, косы такие длинные… с человеческими косточками вместо бусин. А этому лет двенадцать было на вид, но уже тоже с костями. Мелкий, тощий, грязью покрытый… Последний. Щерился, как крысеныш. Да сначала на Эйнара. Во-он там… У стены, где сейчас бочка стоит. А потом увидел Мари. Она как раз вышла вместе с Тильдой, возле вяза они стояли. И Эйнар… Я вам душой клянусь, леди, сам Пресветлый Воин не успел бы! И Эйнар не успел. Кинулся наперерез, только та огненная волна чуть раньше прошла. Вот на миг, но раньше. Мари только и успела, что Тильду отшвырнуть за вяз. Будто котенка за шкирку, и далеко так… А сама сухой соломинкой вспыхнула. На месте.
Сержант еще помолчал, подбирая слова, с трудом дающиеся даже такому балагуру и шутнику. Потом продолжил с пугающей обыденностью:
— Мальчишку, конечно, мы живым не взяли. Эйнар его просто забил. Да там пары ударов хватило, а капитан его голыми руками на куски чуть не порвал. Толку… Тильду вяз прикрыл, так его наполовину сожгло. Год стоял мертвым, а этой весной ожил, однако. Вы уж, миледи, не просите капитана его спилить. Не стоит…
Ло молча кивнула. Тибальд тихонько поднялся и ушел, унося сладкий запах шамьета и полынную горечь слов. Ло смотрела на двор. Бочка для воды, давно отмытые дождями камни, старый полумертвый вяз. И правда, магические повреждения, как она сразу подумала. Беременная женщина… Ах, вот почему отдельная спальня! Беременные спят неспокойно. Камни и дерево помнят, как эта женщина откинула подальше дочь, а сама, толстая, неуклюжая, не успела спрятаться. И вспыхнула — последняя жертва осады Драконьего Зуба. Так же, как племя урту-томгар горело в «огненном ветре» боевых дорвенантских магов. Тот мальчишка-шаманенок знал толк в мести, однако. Успел понять, кто здесь главный. И выбрал целью не его, а его беременную женщину. И правда, убить — это же сразу отмучается. Шаманенок убил капитана, оставив его живым. И камни крепости помнят, и вяз… И Эйнар Рольфсон, можно не сомневаться, помнит не хуже них, что обязан жизнью погибшей вместо него жене.