Нас погрузили в темный фургон и под завывание “фанфар” повезли по ночным дорогам.
Куда именно нас везут, я понятия не имела. Могла только предполагать…
“Хотя может и неплохая идея этот кокон… – подумала я. – Если бы не эта магия, то Блейз наверняка насел бы на меня с вопросами. И я бы раньше времени раскололась…”
В какой-то момент мне показалось, что нас везут слишком уж долго. За это время вполне можно и выехать из индеворской автономии.
“А вдруг это настоящее Бюро?!” – подумала я, когда фургон резко остановился.
Все случилось слишком быстро.
Темнота фургона сменилась какой-то другой темнотой, в которой была сначала лестница, а потом портал.
А после портала кокон распался, и мы с Блейзом обнаружили себя в объятиях друг друга на пушистом ковре в просторной незнакомой прихожей.
– И чей это розыгрыш? – спросил Блейз, оглядываясь.
– Моего кузена, – фыркнула я.
Засветились неяркие светильники.
– Ты не говорила, что у твоего кузена пентхаус в Огненной Башне! – засмеялся Блейз. – То есть, этот твой Квентин Татстон – настоящий Татстон? Из тех самых?
Я не успела отпустить ехидный комментарий насчёт того, что я не говорила, потому что он не спрашивал. Вместо этого пришлось сказать другое.
– Я думала, ты не знаешь про Квентина.
Блейз улыбнулся.
Хитро. Тепло.
И очень волнующе.
Как он вообще определил, что мы в Огненной Башне?
А, поняла…
Просто не сразу бросился в глаза этот подзеркальный столик, рядом с которым на стене переливался красочный плакат с самым знаменитым небоскребом в Сити. И пылающей надписью “Добро пожаловать в Огненную Башню!”
Вообще, конечно, по сравнению со столичными небоскребами, трехголовая Огненная Башня, построенная в форме языков пламени и в темноте подсвеченная так, чтобы напоминать гигантский костер, была не более, чем несерьезной многоэтажкой. Подумаешь, каких-то восемнадцать этажей. Но в Сити это было самое высокое здание.
– Отсюда должен быть отличный вид! – заявил Блейз, взял меня за руку и устремился вглубь роскошной квартиры Квентина.
“Он что-то говорил про прислугу…” – вспомнила я.
Но сказать ничего не успела.
Так и замерла, обалдев от зрелища.
Одна стена гостиной была полностью стеклянной. И там далеко внизу сиял россыпью цветных огней вечерний Сити.
А дальше, возвышаясь из мрачной кущи леса, светился праздничной иллюминацией Индевор.
Ну и завершающим штрихом к этому всему великолепию был накрытый на двоих столик. Хрустальные бокалы, серебряные приборы, горлышко устрашающе дорогой бутылки игристого вина торчит из ведёрка со льдом…
– А это что у нас тут? Записка?