Она брыкалась, пинала ногами Берна, отчего парень зашипел от боли, но не отпускал, наоборот — стягивал кольцо своих рук вокруг девушки с большей силой.
— Ева, если ты будешь послушной девочкой, всё пройдёт хорошо, — Жан подошёл и щёлкнул Еву по носу. Приглядевшись, девушка поняла, что в раздевалке собралась вся мужская баскетбольная команда Арбонской старшей школы.
— Не обещаем, что быстро, — горячо зашептал ей на ухо Берн, хватая девушку за грудь. Ева дернулась, но Жан подоспел вовремя и схватил её за ноги, поднимая в воздух.
Ева закричала, но кто-то ещё заткнул ей рот ладонью, не давая дышать. Слезы градом покатились по щекам Евы от осознания того, что сейчас произойдет. Картинка перед глазами размылась, стирая лица баскетболистов, их хищные взгляды, но она всё ещё могла слышать их смешки и похабные словечки, отпускаемые в её сторону.
— Думала, можешь кинуть меня вот так просто? — рычал Жан, укладывая её вместе с Берном на стопку сложенных матов. — Тебя надо проучить за непослушание.
Ева укусила руку, закрывающую её рот, кто-то громко выругался.
— Отпустите! Отвали от меня! — кричала она в бесполезной попытке быть услышанной. В школе после семи оставался лишь пожилой сторож, который почти никогда не покидал своего поста.
— Держи её руки! — раздраженно бросил Жан. Он оседлал Еву, прижимая девушку к мату своими бедрами.
Из последних сил она боролась, царапалась и кусалась, как загнанный в угол зверь, сражающийся за свою жизнь.
— Вон там, скакалка, — послышался голос Берна, — неси, привяжем её, чтобы не брыкалась.
Ева рыдала, бессвязно умоляла, понимая, что никто не остановится. Она видела в их лицах разгоревшийся огонь похоти. Знала, что если их не остановить, сами парни ни за что не отпустят её. Только не теперь, когда ощущение власти проникло им под кожу, разгоняя кровь по венам от предвкушения.
— Потом спасибо скажешь, — усмехнулся Жан и больно укусил Еву за шею, намотав её косу на свой кулак, чтобы держать голову. Она почувствовала, как вокруг её запястий стягивается гладкая тонкая нить.
— Нет! Не надо! Пожалуйста, отпустите!
Но её никто не слушал. Она кричала, пока ей в рот не затолкали носок. Аромат стирального порошка заполз в нос Евы.
Жан одним движением сорвал с неё блузку. Баскетболисты присвистнули.
— Она хоть и маленькая, а тело у неё что надо, — сказал кто-то, остальные довольно заулюлюкали в ответ.
Ева мысленно взмолилась, мечтая о том, чтобы потерять сознание. Но словно в насмешку, разум её оставался четким, запоминая каждую деталь, растягивая время до бесконечности.