– Ещё и сквозняк устроили! – из окна высунулся ректор.
Невольно я задержала дыхание. То ли от страха, то ли от восторга. Потому что и портрет принца Каспиана мне папа достал, и принцесса Сьюзан – наша хорошая знакомая – показывала семейные снимки с фотоартефакта. Но всё было не то!
Красавчик-блондин с объёмной стрижкой выглядел эффектно, немного надменно и безумно притягательно. Казалось, шепни такой мужчина на ушко предложение пошалить – и всё! И пропала…
5
– Наказания у них, видите ли, нет, за то что ходят после отбоя, – вдруг проворчал он, вдыхая прохладный осенний воздух. – Придумать, что ли?
И на этой опасной ноте окно закрыл, а я осознала, что воздух действительно осенний и прохладный. Можно сказать, без пяти минут зима – в прошлый раз, когда в начале ноября здесь выпал снег мы с сестрой ужасно впечатлились.
Не желая перемёрзнуть, я поспешно поплелась к южной башне. Очень надеялась, что Колин меня не потерял и не ушёл. Мало того, что я задержалась тут, так ещё и путь вокруг здания академии оказался дольше, чем по внутренним коридорам. У меня уже подмерзали кончики пальцев, когда я, наконец, добралась к нужному месту.
Окно на самом верху, на моё счастье, оказалось ещё и распахнутым. Правда, свет там не горел, но я не стала заморачиваться. Просто заставила ветку ближайшего дерева опуститься ко мне, забралась на неё сверху, а затем резко взмыла ввысь.
Подрагивая от холода и волнения, я почти тут же заскочила на подоконник – к счастью, окно позволяло встать в полный рост. В следующее мгновение уверенные мужские руки подхватили меня за талию, чтобы помочь спуститься на пол.
Я как-то сразу поняла, что это не Колин. А вот, что делать, не сообразила, потому что, во-первых, в темноте небольшой рекреации не видела даже лица, а во-вторых, мужские губы накрыли мои.
Властно, жадно и безумно сладко. Сперва лишь дразня, намекая приоткрыть рот. Потом, когда я непроизвольно повиновалась, между губ напористо проскользнул язык. Ощущения по всему телу прокатились непередаваемые.
Моментально согревшись, я чувствовала восторг от происходящего. Как сумасшедшее стучало сердце. В крови бурлили пьянящие пузырьки, словно меня наполняло игристое вино.
По уму мне стоило вырваться и объясниться. Но мне было так хорошо, что эта здравая мысль казалась невероятно глупой. Правда, я надеялась чуть протрезветь, когда мне дадут вздохнуть. И у меня даже почти получилось!
Отстранившись, я поняла, что мои глаза уже привыкли к полумраку комнатки. К тому же с улицы проникал ночной свет и отблески фонарей, поэтому я безошибочно могла узнать лорда ректора. Кажется, я даже в лице изменилась, а он лишь с вызовом заявил: