На самом деле, я уже отписался Захару Ложкарю, чтобы тот прибыл, а лучше прислал кого, чтобы оценить возможность закупок у калмыков скотины. По самой первой траве Военторг уже погонит скот на Запад, своим ходом. Но пока, не так, чтобы в достатке скотины, тем более что все, что бьется на фермах, сразу вялится и переводится в состояние «сухого пайка».
А цены в Австрии, которые конечно же уже узнавались, выходят выше, чем даже гнать корову из Вологды. Союзнички уже начинают божить, так как вводят запреты на продажи скотины и сами выстраивают какие-то жалкие подобия Военторга, то есть определяют монополиста, исключительного поставщика, с которым нужно заключать сделки русскому командованию. Ну а этот монополист дерет деньги.
Вот потому и может оказаться важным покупка скота у калмыков, пусть и баранов, а лучше крупного рогатого. Тем более, что Нурали, за то, что я сразу же предоставил вполне приемлемое Положение, да еще и не стребовал за это взятку, готов сделать скидку. Вот такие взятки я беру, скидками, но тут подобное пока мало привлекает внимания.
Мало того, я сильно задумался над тем, чтобы осваивать в своем имении еще и текстильную отрасль. Если будет шерсть, то почему бы и нет? Как выглядят станки-самолеты, более продвинутые их версии, я знал. А тут есть такой бонус, как Иван Петрович, со своими усовершенствованиями всего, что только можно усовершенствовать. Я знаю, что Кулибин, на раз, походя, усовершенствует и то, что англичане годами выдумывали. Такой он человек, русский гений. Так что нужно подумать и, может быть, уще вплотную заняться и текстилем.
А то, что калмыки — кочевники и таким образом их кочевья выпадают из сельского хозяйства, так не соглашусь. Вернее, не совсем так. Нужно ориентировать представителей этого народа на то, чтобы они занялись прежде всего выращиванием овец и тогда все больше земель станут использоваться на постоянной основе, а кочевой образ жизни постепенно станет сходить на нет.
Ну и не стоит забывать силу просвещения. Калмыкская молодежь может учится в Главном народном училище, что существует на Дону, или даже в моей школе. А на выходе будет человек уже несколько иного склада ума и мировоззрения.
— Не для меня придет весна. Не для меня Дон разольется. Там сердце девичье забьется восторгом чувств — не для меня, — со слезами на хмельных глазах пели донские казаки, Нурали уже употребил свою дозу и спал [народный вариант песни, хотя считается, что мелодия (Н. П. Девитте) и похожие стихи (А. Молчанов) были написаны в 1838 году. Полный текст песни см. в Приложении].