Муранец остановился, развернулся вместе со мной для лучшего обзора, потому что я ещё на выходе из нашего корабля вцепилась в его локоть. И вовремя. Секунда — и пол под недокузнечиками пропал, и они беззвучно рухнули вниз.
— Не бойся, — попросил принц, снова поглаживая меня по руке. — Под нами ничего не горит.
Я проверила, кивнула и попыталась разжать пальцы на локте муранца. Сразу не вышло. Сглотнула и подняла на мужчину виноватый взгляд. Судя по тому, что руку свело, я, кажется, уже давно впиваюсь пальцами мужчине в локоть, до явных синяков. А он молчит, даже взглядом не показал, что ему больно. Только глядит, чтобы я расслабила хватку.
Наконец, удалось справиться с собственной конечностью. Я открыла рот, чтобы попросить прощения, но не успела.
— Я же говорил, что мне не нравится чувство вины, — невозмутимо напомнил он. — Выше нос, госпожа. Несколько шагов — и ты увидишь совсем другую жизнь. На планетах такого не бывает.
И он оказался прав. Стоило оказаться под вывеской, и стена перед нами разъехалась, окуная в шумную разномастную толпу.
Я так и застыла с выпученными глазами и раскрытым ртом. И вроде бы смотрела видео с нашего робота-разведчика, казалось, была готова к тому, что увижу, но нет. Первое, что меня поразило, — оказался запах. Если в зоне досмотра воздух казался стерильным, то здесь я словно окунулась в вонючую жижу. Пахло так, будто кто-то сначала залил автомастерскую духами, потом — кровью, а потом решил приготовить пожрать. У меня даже тошнота подступила к горлу.
Я выразительно скривилась, и блондин пояснил:
— Кислород в космосе слишком дорогой ресурс, чтобы тратить его на всю станцию. Продувают только зону досмотра и верхние этажи, но нам туда не нужно. Вряд ли мы найдём там Джи. Сюда же запускают допустимый минимум для поддержания жизни.
— Почему здесь так… — я запнулась, засмотревшись на зеленокожую дамочку с тремя глазами под ручку с полугуманоидом. Или как назвать того, у кого половина тела мужская, а вторая явно позаимствована у паука? Передёрнула плечами и с трудом вспомнила, что хотела спросить: — Так воняет кровью.
— Мы недалеко от отсека с нелегальными боями. Наверх не смотри.
Естественно, я посмотрела! А кто бы удержался после предупреждения?
Потолка не было. Вместо него над головами гостей станции раскинулась голограмма арены. Первое, что бросилось в глаза, — запачканное кровью лицо, чёрные длинные волосы, повисшие сосульками, и яркие жёлтые глаза. Сердце стукнулось об рёбра и замерло, а я, покачнувшись, повисла на руке муранца.
«Нет! Нет! Нет!» — билось в голове, но из враз пересохшего горла вылетал только хрип. Тело бросило в жар, будто подо мной распахнула пасть адская бездна, и языки её пламени уже лижут мне ноги. Окутавшая следом волна ледяного спокойствия была настолько ощутимой, что кожа покрылась мурашками, а в лёгкие со свистом через стиснутые зубы проник спасительный воздух.