Я незаметно толкнула блондина в бок, чтобы он сильно не запугивал ребёнка, но он невозмутимо проигнорировал.
— У тебя, Дейз, есть только один способ смягчить гнев госпожи: помочь нам быстро вернуть пропажу. Ты сказал, что готов отвести нас к пойманным рабам, так веди, а госпожа пока подумает, что с тобой делать. Возможно, если она будет довольна, то закроет глаза на твоё незаконное проникновение на станцию. Я всё верно сказал, госпожа? — в конце муранец обратился ко мне.
Мы играем в злого и доброго полицейского?
Пришлось величественно кивнуть и подтвердить:
— Верно. Веди нас, Дейз, и лучше тем путём, где нас никто не увидит. Не хватало мне ещё репутацию портить походом вниз, — я надменно задрала подбородок и наморщила нос.
Ксалар судорожно кивнул и чуть ли не бегом бросился в сторону. Мы поспешили за ним.
— Что происходит? Развей мои догадки, — шепнул принц.
Я покрепче вцепилась в локоть муранца и быстро пересказала всё, что узнала. Шептать не стала: никто нас не знал, а единственный, кому может быть какое-то дело, сейчас спешно петлял по коридорам станции. Можно было бы сказать — по улочкам, но мы всё-таки не на планете, хотя строение адской заправки было масштабным: этакий город, зависший в черноте космоса.
Энжи молчал долго, напряжённо что-то обдумывая, хмурился. Я тоже не спешила продолжать разговор. Главное уже сказала, а дальше… увидим Джи — и видно будет. К тому же я уже натворила дел, и идеи генерировались плохо. Вот что мне стоило просто кричать, а не поднимать руку? Я хотела всего лишь сразу загнать в ловушку: налететь, сбить с толку, испугать и заставить делать так, как нам нужно. Женщины ксалари не чурались поднимать руку, вот и я…
«Леандр?» — позвала неуверенно.
«Что?»
«Как думаешь, у меня получится похитить ксалара? Забрать его себе?»
Кажется, в другом конце вселенной кто-то обалдел от моей наглости. Муж подруги несколько минут думал над ответом, прежде чем осторожно уточнил:
«Ты же понимаешь, что это не питомец, а живое разумное существо?»
Кивнула. Потом спохватилась, вспомнив, что Леандр меня не видит, и, тщательно подбирая слова, мысленно ответила:
«Понимаю. Но это лучше, чем оставлять его здесь. Его в любом случае накажут. Если не за помощь нам, то за то, что покинул планету, а порядки здесь такие, что надеяться на какое-то лёгкое наказание не приходится. В конце концов, я перед ним виновата. Я ударила ребёнка, значит, теперь обязана позаботиться».
Я на самом деле так думала. Чувствовала свою вину и хоть как-то хотела её искупить. То, что я собиралась подставить любого другого мужчину, мою совесть волновало мало. А вот отстающий в развитии ксалар — это другое. Я была уверена, что Дейзу везде будет лучше, чем здесь.