– И я тебя, родная. Спасибо.
Сюжет для романа… Она права. Наша с Андреем история всегда была такой – непростой, выстраданной. Забавно, что я врач-реабилитолог, а в прошлом – врач экстремальной медицины и та, кто вытаскивал людей из-под завалов и не боялся крови или огня, робею от реакции мужа на мое появление…
Наша любовь в прямом смысле родилась из пепла… Я до сих пор, как наяву помню тот день: пропитанный едким запахом гари, воздух, крики, вой сирен и его – молодого, оглушенного взрывом, мужчину, отчаянно прижимающего к себе крошечную, плачущую Анечку. Его первая жена погибла тогда на месте, а я была молодым ординатором, оказывающим пострадавшим помощь.
Сначала я поставила на ноги Андрея и его дочь, а потом…
Потом мы не смогли расстаться, и я стала его женой и мамой Анечки.
– Приехали. Звездный, десять, – басит водитель, вырывая меня из задумчивости.
Подхватываю небольшую дорожную сумку и выхожу из теплого салона под вечереющее небо.
Такси уезжает, оставляя меня одну перед ограждением стильного десятиэтажного дома. Темный кирпич, панорамные окна, строгая геометрия – все говорит о статусе и роскоши. Ну, ничего себе! Это же премиум-сегмент! Наверное, Андрея очень ценят, если выделили квартиру в ТАКОМ доме?
И как мне войти туда? Здесь же охрана на каждом шагу! В крови бурлит пьянящий коктейль из предвкушения и волнения… Как девчонка робею. Так, Нина, успокойся, дыши… Ты не преступница, а заботливая жена, решившая устроить мужу приятный сюрприз…
Всего несколько минут, и я увижу его удивленные, а потом – счастливые глаза. Я обниму его, вдохну родной запах, а потом весь мир исчезнет… Останется только наша любовь и нежность… Уже представляю, как Андрюха подхватит меня на руки и закружит в крепких объятиях…
За кованой оградой скрывается уютный, освещенный фонарями дворик. А вот и первый подъезд, тот самый…Поднимаю глаза на окна третьего этажа и… застываю.
Сумочка выскальзывает из ослабевших пальцев и глухо ударяется о мокрую тротуарную плитку. Ноги словно врастают в землю.
Весь мир, со всеми его огнями, звуками и запахами, сужается до одного-единственного ярко освещенного окна.
И того, что происходит за его стеклом…
Нина.
Стою, как вкопанная, и смотрю на мелькающие в окне силуэты… Может, я ошиблась? Ну, мало ли…
Я лишь на секунду увидела двоих, а потом… Кто-то плотно задернул шторы…
Пятнадцать минут или вечность – не знаю, сколько я так стою под мелким дождем, в оцепенении глядя в потухшее окно. Кружево под плащом покалывает и чешется, ноги замерзли… Плохой было идеей переться сюда. Да еще и без предупреждения… Андрей частенько оперирует экстренных пациентов ночами… Может, он, вообще, сегодня не придет ночевать? Что тогда? Стоп! Если Андрей на работе, кто в квартире? Наверное, я ошиблась? С чего я, вообще, взяла, что окна сорок седьмой квартиры выходят во дворик?