Не долго шёл, бегом спускаясь по тропинке, ко мне выбежали три бойца, что со зверским выражениями лиц, направили на меня стволы своих винтовок, крича чтобы не двигался и поднял руки вверх, что я спокойно и сделал, остановившись. Те подбежали, один замахнулся, явно собираясь ударить прикладом, на что я сказал:
— Только попробуй, нападение на командира.
Впрочем, тот только пугал, меня быстро обыскали, ремень сняли, пистолет я получил, когда адъютантом Хазина стал, документы забрали, проверяя. Дальше опрашивали, среди бойцов был младший сержант, связали руки за спиной и повели наверх. Сказал, что получил сюда назначение, доставили на самолёте, но тот рухнул в море. Хорошо рядом немцы на шнельботе были, перебил, захватив корабль и на нём к берегу. Вода холодная, для купания рано, лучше на корабле.
— И где трофей? — ехидно спросил сержант.
— Утопил, зачем он мне?
Отвели меня сначала на пост, потом пришла машина и в город, всё под конвоем, и связанного. Тут от берега до позиций, километра три, до города было около десяти. Немцы совсем сузили перешеек, уже, наверное, пушками по городу били. Спасала пока корабельная артиллерия, сухопутные батареи, и узкий участок передовой, но видно, что дни обороны города сочтены. А на месте сразу к особистам, и те начали работать кулаками. Пришлось лежать на полу закрывая самые уязвимые места. Даже не спрашивали, просто начали избивать. Вот это гостеприимство, я в восхищении. А когда решили допросить, я одному воткнул палец в глаз, и снова град ударов посыпался. Пока не вырубили. Потом на них големов позже натравлю, головы мне их принесут, это я решил твёрдо. Очнулся в коморке. Видимо подобие камеры или гауптвахты. Только стены из известняка. Нар нет, на полу лежал. Сев, я достал одного голема, Майора, и быстро ему дал по аурам знать, кто мои враги, принести мне их головы. Я их тоже пометил, используя сканер, теперь тот будет знать кто мне нужен. Пятеро кровников. Руку мне сломали в двух местах, диагност показал, два ребра и пальцы на правой руке. Видимо за глаз мстили. Ничего, ещё ответка будет.
В камере этой я провёл недолго, часов шесть от силы. Я успел сделать четырёх големов, снарядить амулетами, одеть и вооружить. Чуть позже распределю по кораблям. Пока явно не до этого. Пятого делать не стал, сканер показал суету, так что как закончил с четвёртым, стал ждать, и не зря, уже через десять минут дверь распахнулась и зашёл майор госбезопасности. Для этих мест очень большая шишка. Тот с хмурым видом стал меня разглядывать, я сидел у стены, поджав ноги и со злостью смотрел на них. Тот повернулся к капитану, что зашёл следом и тот виновато опустил голову. Красиво разыграно, но именно разыграно. Отвернулся, смотреть на эту сценку было противно. Майор стал извиняться за своих людей, мол, меня проверили, уже подтвердилось что направление и документы настоящие. А пока предложил проследовать к медикам. То, что рука опухла, тот явно видел. Ничего, проследовал, всё молчал, общаться ни с кем я не собирался, что тот вскоре понял. Вещи мне вернули, именно всё, я скрупулёзно всё проверил. Дальше к медикам, а те размещались в пещерах. Чёрт, тут даже рентген был, и он работал. Снимок сделали, потом вправили руку, пальцы и всё закатали в гипс. Повязку на грудь, чтобы рёбра не тревожил. Осмотрели два выбитых зуба, синяки, что-то мазью смазали и на этом всё. Тут я спросил у врача: