Метель снаружи стояла, всё же уже двадцать восьмое ноября, полтора месяца я тут, все полёты запрещены, так что в зданиях находились курсанты, теорию получали. Обучали в запасном полку летать на «ЛаГГ-3», их тут рядом, на авиационном заводе в Горьком и делали. Обучение шло легко, я дважды в обычных боях инструкторов делал, да так, что меня назначили инструктором по пилотажу. Возражений не принимали. Уже две недели как тут служу, обучаю новичков. Действительно много даю, опытом делюсь. Только знаете, что, как камень на плечах был, так и остался. Не отстали от меня, и тут я постоянно под наблюдением. Народу уже поменьше. Двоих точно вычислил, что постоянно маячат, да и големов поднимал, сканером их пользовался, только убедился, что прав. Ещё трое на подозрении. Скорее всего тоже участвуют.
Я пил чай в кабинете инструкторов, горячий, парок так и шёл, только что вернулся с самоволки, в овраге достал домик, буржуйка раскочегарена, хорошо там поразвлёкся с Эльзой. Потом в баньке с ней были. А немцы наших девчат в бордель отправляют, мщу, это успокаивало совесть, хотя и сейчас её сильно грызёт. Ещё и у детей мать отобрал. Уже осознаю это, раньше до мозга эта информация не доходила, всё на инстинктах было. И пофиг что та шведка, замужем за финским егерем, для меня все враги. Так что вернулся вот, после посещения наложницы, с улыбкой слушал спор трёх других инструкторов, пил чай с конфетами, мои запасы из Хельсинки, когда дверь открылась и зашёл Судоплатов. Я без удивления встретил его появление. А гоняю двух големов по территории, дальность управления у них километр, отрабатываю захват аэродрома, но так, чтобы их не засекли, благо метель скрывала, уже сорок минут двух держу, так что те сканером показали его появление. Из города приехал на «эмке», погода нелётная, не прилетел. Скорее всего железной дорогой прибыл. Выслушал доклады по наблюдению за мной и вот зашёл в кабинет. Я лишь отсалютовал ему бокалом.
— Товарищи, не оставите нас с лейтенантом Антоновым наедине?
Лётчики, с интересом на нас поглядывая, поспешили покинуть кабинет. Кружки с чаем недопитые оставили. Судоплатов, не чинясь сам налил себе в кружку из чайника напиток, сел напротив меня, свободных стульев тут хватало, и сказал:
— Ты ведь не Антонов. Мы отличную работу провели, всех знакомых опросили. Ты совершенно другой человек, даже ходишь теперь по-другому. Как боец. Я тобой ещё при первой встрече заинтересовался, общаешься и смотришь в глаза как с равным, как человек моего возраста. Даже старше. Чёрт, да я себя рядом с тобой мальчишкой ощущаю. Ты кто, двойник настоящего сержанта Антонова?