А мне, чтобы тоже успеть оправдаться, пока она на рысях не выскочила в коридор, пришлось, не до конца прожевав, проглотить только что откушенное.
— Как всё же плохо, душа моя, что ты училась в отдалённой сельской школе! — схватив за руку Зуеву, начал я ей истово и по-товарищески сочувствовать, — Беда с тобой, любимая, ты ведь, оказывается, и половины пристойных слов не знаешь!
— Да пошел ты! — незамедлительно и с лихвой подтвердила Лида все мои переживания относительно её лингвистических запасов, — Сам ты в деревне учился! А я в этом городе родилась и росла я тоже здесь! И школу, между прочим, я сорок седьмую окончила! С серебряной медалью! А сорок седьмая, чтоб ты знал, она в городе самая лучшая! — не на шутку разошлась капитанша, доказывая свою незаурядную образованность. Плакать она передумала.
— Тогда ладно! — милостиво смирился я, всё еще не отпуская начальственной длани, — Тогда, Лидия, ты меня вполне достойна! — я встал и притиснул к себе заботливую, но порой такую обидчивую мать-командиршу.
После этих, по сути своей, безобидных слов Зуева осерчала всерьёз. И стала биться в моих руках, как курица, застрявшая в заборе.
— Толерантно, это значит, очень хорошо и добросердечно, Лида! — слегка покривил я душой против истинного значения этого слова, — Или я ошибся в тебе, и ты ко мне уже переменилась?
Зуева обмякла и перестала дёргаться. Но милицейской подозрительности по отношению ко мне она, тем не менее, не утратила.
— Зачем тебя генерал вызывал? — насупившись, продолжила она удовлетворять своё бабье любопытство.
— Про тебя спрашивал, — с равнодушной серьёзностью ответил я, отпуская её, чтобы налить кипятка из громко забулькавшего на тумбочке чайника.
— Чего?!! — купилась наивная Лида, вылупив на меня свои и без того выразительные глаза, — Про меня? С какой это стати? Корнеев, ты, что, опять врёшь?
— Они там, в УВД никак решить не могут, кого со мной на курорт отправить, — неопределённо пожал я плечами, так как руки были заняты приготовлением «купца», — Данков утверждает, что там сейчас сезон бархатный наступил. И потому на черноморском побережье в данный момент сложился переизбыток бесхозных девок. Ты представляешь, Лида, боятся они меня одного туда посылать! Понимаешь теперь, как мне обидно от такого недоверия к себе со стороны старших товарищей⁈ Из-за каких-то там девок! — я осторожно отхлебнул крепко заваренного чая.
Услышав про посторонних курортных девок, к которым меня посылает руководство, Зуева ожидаемо утратила способность адекватно мыслить. А заодно и воспринимать любую информацию, поступающую извне в её красивую голову.