– Ловок ты, казак, – протянул купец, растерянно почёсывая в затылке.
Всё время, пока они переговаривались со взломщиком, он слушал разговор с приоткрытым ртом.
– Зря ты с каторжными связался, – вздохнул Матвей в ответ. – Им ведь, что ты, что кто иной, всё едино. Случись чего, они и тебя обнесут, не побрезгуют.
– Соловей – дальний родич мой. И не каторжный он. Бог миловал, – смущённо пояснил купец.
– То твоя печаль, – равнодушно отмахнулся Матвей. – Я сказал, что знаю. Дальше тебе решать.
– Сколько у тебя ещё вот таких замков имеется? – неожиданно спросил купец, качнув в руке навесной.
– Ещё пара есть.
– Давай сюда оба, – скомандовал купец, снова доставая бумажник. – Уж больно ловок ты в этом деле. А мне товар возить самое то будет.
– Ты только помни, почтенный, что замок, он ведь от вора только временно защитить может, – напомнил Матвей, выкладывая товар.
– Почему временно? – насторожился купец.
– Ежели время и мастерство имеются, вскрыть любой запор можно. Главное понять, что и как работает.
– И что же, неужто ничего совсем надёжного не бывает?
– Самое надёжное – это Божья воля. А что человеком сделано, то человек и сломать может.
– Добре сказано, вьюнош, – послышался сочный баритон, и к прилавку подошёл здоровенный, высокий поп. – Это у тебя, что ль, замки столь крепки, что их даже опытный вор вскрыть отказался?
– Однако быстро тут слухи летают, – рассмеялся Матвей. – Вот, батюшка, извольте. Замки врезные. Таких нигде более не найдёте. Коль дверь какую накрепко запереть надобно, лучше не придумаешь.
– И почём продаёшь? – деловито осведомился поп, с интересом вертя в могучих руках замок.
– Двадцать пять рублей на ассигнации.
– Бога побойся, вьюнош! – тут же загремел поп. – Откуда ж такие деньги у духовного лица?
– А зачем духовному лицу вообще замки? – ехидно поинтересовался парень. – Иль молитва не защищает?
– Ты это… полегче, – стушевался поп, заметно понизив голос.
– Так не тычь мне званием своим, – развёл Матвей руками. – А то я не вижу, с кем говорю. Решил торговаться, так торгуйся. А цена на мой товар честная. Сам придумал, сам сделал, сам и продаю.
– Оно понятно. Но вот ей-богу, нет у меня денег таких. А книги святые хоть как уберечь потребно. Сбавь малость, сделай милость, – удручённо вздохнул поп.
– Двадцать. Это последнее слово, – подумав, вздохнул Матвей. – Ниже, уж прости, никак не могу.
– Ну, хоть так, – вздохнул в ответ поп, доставая деньги.
– Благодарствуй, батюшка. Вот, изволь. К замку три ключа имеются. Сам замок в дверь врезаешь, и после открыть её только этими ключами можно будет, – принялся пояснять Матвей, принимая деньги и выдавая ему ключи.