— Времянка, конечно, — пояснил Шардо Нигор, чуть встряхивая пальцами, как будто сбрасывал с них воду. — Но на полгода хватит точно. Может, и дольше, если твари не устроят вам генеральную проверку.
Он вынул из планшета пару листов, что‑то быстро нацарапал, шевельнул пальцами, заставляя подписи и печати проявиться сами собой, и кивнул.
— Я командующему оставлю рапорт, с текстом который не положить под сукно, — добавил он. Затем бросил внимательный, тяжёлый взгляд на коменданта крепости, майора Сольвига. — Звери уже несколько раз подходили к склону и подрыли вам полку, чтобы обрушить землю. — Он мотнул головой в сторону внешнего откоса, где земля действительно выглядела взъерошенной, как шерсть у плохого пса. — Боюсь, следующая волна стала бы для этой стены последней.
Подтекст послания понять было несложно, даже если бы майор был полным идиотом, а он таковым не был. Офицер, списанный в эту глухомань за какой‑то прошлый косяк, фактически получал таким образом «последнее предупреждение». Вслух это не произносили, но между строк читалось ясно: ещё одна подобная «недосмотренность», и идти ему будет некуда. В лучшем случае — на неполную пенсию или на заштатную должность где‑нибудь в тыловом гарнизоне, где максимум опасности — пьяные драки. А в худшем — под суд, с перспективой провести остаток жизни в компании людей очень любивших бывших служащих в переносном и прямом смысле.
Поэтому и он употребил всё своё влияние и остатки авторитета, чтобы закрыть все проблемные места в крепости. Бегал, ругался, пинал замов, лично контролировал, чтобы каждый мешок смеси, каждая труба, каждая плита дошли до нужного места. Даже те, кто до этого отмахивались от его приказов, теперь ловили каждое слово: страшно, когда над тобой нависает человек, которому всего одна ступенька до пропасти.
— Если уж нас сожрут, — буркнул он вечером Ардору, глядя на обновлённую стену, — то точно не из‑за того, что камень сгнил. Хватит с меня позора в личном деле.
Ардор усмехнулся, но ничего не ответил. Внутри у него зрело простое удовлетворение, что ещё одно слабое место мира стало чуть крепче. И пусть маго‑бетон проживёт всего полгода — за эти полгода можно успеть либо перестроить всё по‑настоящему, либо умереть уже по другим причинам, не столь тупым.
В патруль рота вышла в самый первый день, когда ещё в крепости оставались бойцы предыдущей смены. На скоростных трайках и вездеходах они проехались почти по всей территории ответственности, а на следующий день, Ардор взяв отделение солдат, слетал в самые отдалённые уголки особо осмотрев длинный и глубокий овраг, почти каньон, по которому к ним в тыл пробирались контрабандисты.