Над перевернутым ведром с кухонными отходами сидит Пуговка. На ее лице испуг, испачканные руки держат объедки. Даже сейчас, пойманная на месте преступления, она не перестает жевать, смотря на меня глазами, которые вот-вот наполнятся слезами. А еще меня поверг в шок ее уровень, маленькая, но задиристая хаоситка теперь была седьмого уровня! Это что получается, меньше чем за сутки она умерла три раза?
Боевой азарт спал, я поднялся, держась за ушибленные ребра и сел на стул.
— Я тебе говорил здесь не появляться?
Девочка кивнула и, засучив ногами, отодвинулась в дальний угол, впрочем, она не бросила копченые куриные ножки, продолжая жевать.
Достаю из кармана старенькую Nokia, поднимаю глаза на девочку:
— Диктуй номер.
— Фей? — спрашивает Пуговка. Ее рот набит, поэтому смысл сказанного приходится додумывать по интонации.
— Твоих родителей, — отвечаю я. — Пусть забирают тебя, а также заплатят за проход через портал. По десять эксперов за уровень, семьдесят эксперов или тридцать пять тысяч рублей, или я выкину тебя обратно в Нидавеллир.
Она перестает жевать и ее глаза наполняются слезами. Нет, меня этим не проймешь.
— Ну, ты будешь говорить номер?
— У меня нет родителей.
И куда делся ее вчерашней напор и наглость? Прямо жертва-жертва, а не хаоситка, угрожавшая мне.
— Вернее есть, но к ним я не вернусь!
— Оʼкей, — киваю я, вставая со стула. — Давай я сделаю какао с молоком, принесу печенье и теплый плед, а потом мы с тобой сядем, и ты расскажешь, что с тобой приключилось.
— Правда? — смотрит на меня с удивлением и даже улыбается уголками губ.
— Нет, — возвращаю малолетку с небес на землю. — Ты решила, что взрослая, так будь ей не только тогда, когда это тебе удобно. Может быть, это будет для тебя откровением, но взрослые сами решают свои проблемы! Мне плевать на твои слезливые историю, плевать, почему ты грязная и где потеряла три уровня. С тебя семьдесят эксперов за проход.
— У меня сейчас нет свободного опыта, — ее потрескавшиеся губы дрожат, а по грязным щекам девочки текут слезы, оставляя следы. Что, опять сопли с сахаром? Я ведь уже объяснил, что на меня это не действует.
— Ну значит я зову Копилку, и он спустит тебя на опыт.
— Я могу отработать! Мыть посуду там, или убираться! — кажется, только сейчас Пуговка поняла, что попало не в сказку.
Слезы, как по волшебству, испарились, а на смену жалобным глазкам бедняжки пришел холодный ум и осознание того, что надо договариваться.
— Извини, но нет, — отрицательно качаю головой.
— Почему? — Казалось бы, на этом месте снова должны потечь ручьи слезы, но нет, она спокойна, как я на охоте.