День прошёл сумбурно. В деревне всегда работы хватало, особенно осенью. Не даром это время называется страдой. Так что занятий пацанам хватило и на огороде, и в стайке со скотиной, и в доме, где готовился пир в честь дня рождения Ефросиньи Ивановны. Вчерашние посиделки, поразившие Тимофея размахом, оказались лишь тренировкой, а вот сегодня планировалось настоящее гулянье. Поэтому уже с обеда на кухне суетились женщины, не только тётя Маша с тётей Любой и примкнувшей к ним мамой Тима, но и ближайшая родня, коей в деревне хватало. Мужики ладили во дворе столы, поскольку в дом все гости бы не влезли, соседи таскали стулья и лавки, короче праздник намечался серьёзный.
— Ну чего, на танцы идём? — толкнул Тима в бок Ванька, тайком показывая бутыль, спрятанную за пазухами, — Гляди чего упёр! Батькина хреновуха! Он её специально к бабушкиной днюхе берёг!
— Тогда может не стоило трогать? — озадачился Тимофей, алкоголь не любивший, но беспокоящийся за родню. — Раз на праздник делали.
— Да у него ещё литров десять стоит, — отмахнулся старший кузен. — одной больше, одной меньше, никто даже не заметит. К тому же там уже родня свою притащила, через час они и не вспомнят, где какая. Ты не мажься, идём или нет?
— Пошли, — Тим был за любой кипишь, а еда в него больше не влезала. Казалось, баба Фрося решила закормить внука, которого редко видела, чтобы он вернулся домой в идеальной форме — шара. — Нашито идут?
— А как же! — расплылся в счастливой улыбке Ванька. — Все идут, даже девчонки! Весело будет!
— Ага, — Тим уже представлял, чем всё это закончится, но в отличии от прошлого, когда он отказывался от подобных развлечений, драка его не пугала. Скорее наоборот, он бы расстроился, если бы её не случилось. — Тогда наливай своего поила и погнали.
Хреновуха оказалась крепкой и острой, разом перебив никогда не пробовавшем такое парню дыхание и выбив слёзы. Хорошо ещё ушлые деревенские пацаны озадачились закусью и Тим хоть с трудом, но смог зажевать выпивку куском копчёного сала со свежим зелёным луком. Но от дальнейшей дегустации отказался. А вот Ванька с братьями и более дальними родственниками, стекавшимися ко двору Ефросиньи Ивановны бутыль, добили. Хорошо ещё что из-за количества желающих всем досталось по стопке, чисто для куража. Нет, у большинства пришедших с собой было, но это решили оставить до танцев.
Выдвинулись на танцы, когда солнце почти достигло горизонта. Ещё было достаточно светло, но при этом сумерки с каждой минутой становились всё гуще. Идти было недалеко, километра четыре, и молодёжь развлекалась тем, что травила страшилки про восставших мервяков или Дикую свору. А чего, самое оно, кругом лес, иногда встречаются болота, закат красит окрестности алым, из кустов иногда доносится громкий шорох или крики зверей. Не удивительно, что девчонки с удовольствием визжали на особо жутких местах, правда почему-то после обязательно срывались на смех. Впрочем, никто не жаловался, всем было весело, даже Ира, весьма негативно относящаяся к деревне, оттаяла и смеялась вместе со всеми.