Мой отец — секретный агент? Вот это поворот.
— Но артефакт в итоге все же не был уничтожен, верно? — внезапно произнес Драксис.
Папенька перевел взгляд с него на меня, вздохнул, и я тоже догадалась.
— Что значит, не был уничтожен? — спросил император, который единственный так и не понял.
Ректор прикусил губу, словно сожалея о своих словах. Конечно, ведь его отец таки не знал о моем даре.
Что ж, рано или поздно все тайное становится явным, и если я не скажу сейчас, то император все равно об этом прознает. Вот только сделает это при других обстоятельствах, которые могут сыграть не в мою пользу.
— Не надо, ты не обязана, — склонившись к моему уху, шепнул Эйдан, и я поняла, что он не даст меня в обиду.
Даже императору. Даже своему отцу.
Это осознание дало мне уверенность и такое чувство бесконечной защищенности, что я решилась окончательно.
— Не пугайтесь, Ваше Высочество, — произнесла, крепче сжав руку ректора, а после зажгла на ладони голубое пламя.
Император не зря занимал свой пост — даже увидев мою силу он сохранил беспристрастное выражение лица. Вот уж кому могли бы позавидовать маги льда и снежные демоны вместе взятые.
Несколько минут стояла звенящая тишина.
Эйдан крепко сжимал мою руку, чуть выступив вперед, готовый меня защищать.
Мой отец с удивлением смотрел на эту картину, и кажется, его уважение к ректору росло с каждым мгновением.
Император же хмурился.
— Итан? — наконец тяжело уронил он, обернувшись в сторону папеньки.
— Я соврал, когда сообщил об уничтожении камня, — вздохнул отец. — В ходе заварушки артефакт уцелел, но я скрыл это, просто спрятав его у себя. Я не хотел, чтобы кто-то воспользовался им. Даже ты, Эрик. Практически любую магическую вещь можно перенастроить, и я опасался, что если камень попадет в руки, например, твоего отца, то это приведет к уничтожению уже не драконов, но магов льда. Однако и избавляться от камня я побоялся. Мне жаль, что я сделал это, но в моей преданности короне ты можешь не сомневаться.
Несмотря на слова, папенька не выглядел как человек, который сожалеет. Кажется, он был уверен в своем решении, и во второй раз поступил бы точно так же.
— Что ж, извинения приняты, но мы еще поговорим об этом, — глухо проговорил император, прожигая отца взглядом. — Как понимаю, сила камня теперь внутри Эирвен?
— да.
— И как же так вышло, если ты верен короне и не хотел им пользоваться?
Император говорил спокойно, но я вдруг почувствовала такой страх, словно надо мной и отцом нависло лезвие меча, готовое обрушится в любой момент. Драксис тоже это уловил — я заметила, как он спрятал свободную руку, принявшись плести защитные чары.