– В машину, немедленно. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы увидели, как я силком запихиваю тебя в авто, – его голос звучит бескомпромиссно. И мне не остается ничего иного, кроме как сесть в салон дорогой машины.
– Куда ты меня везешь? – испуганно дергаю дверную ручку, стоит машине тронуться с места.
– В более спокойное место, – Назар отвечает холодно. Так, будто мы действительно чужие люди. Незнакомцы. Или… он просто зол на меня.
И я склоняюсь больше к последнему варианту.
– Если ты из-за того, что наговорил мне Ник… Я никому не рассказывала о тебе, – я просто хочу, чтобы он отпустил меня.
Внутри меня все дрожит, и почему-то мне кажется, что это не от страха.
Близость этого мужчины волнует меня. И это настолько унизительно, что после всего, сотворенного им со мной, я все еще нахожусь под его чарами, и мне хочется плакать от того, насколько я жалкая.
– А что так? – в его голосе слышится недовольство.
Вот снова, он огорчен моим поведением. Хотя я тут вообще ни при чем.
– Я делала лишь так, как сказал ты. Сделала вид, будто ничего со мной не произошло и мне не пришлось притворяться бандитской невестой на несколько дней, – не смотрю на него.
Чувствую, как Паук рядом напрягается и устремляет на меня пристальный взор. Я не поворачиваюсь к нему. Боковым зрением вижу повернутое ко мне лицо и ощущаю жжение на коже от пристального взгляда.
– А я думал, ты боишься, что кто-то узнает, как ты провела новогодние каникулы, – хмыкает он.
Я сжимаю кулаки, чувствуя, как кровь приливает к лицу.
– Думаешь, тот факт, что меня купили как вещь, пытались продать на аукционе, а затем принудили к сексу, недостаточен для того, чтобы я могла этого стыдиться? – кровь буквально кипит в венах. – Или это тоже положительный пункт в биографии начинающего политика?
Я смотрю прямо в его глаза. Взгляд острый как лезвие, и в то же время я вижу, как на дне его радужек пляшут языки пламени, а ноздри широко раздуваются.
– Ты до сих пор не понимаешь, что происходит, да? – спрашивает Назар хрипло.
– Я понимаю, что ты решил меня извести.
– Знаешь, отпуская тебя на волю, я не думал, что ты будешь позволять разным неудачникам вытирать об тебя ноги, – произносит с каким-то пренебрежением.
– Что? – кровь приливает к лицу от обиды и стыда. Он не должен так разговаривать со мной хотя бы потому, что… – Если бы не ты, ничего этого не было бы! Никто бы не обзывал меня шлюхой, – на глазах выступают слезы. – Все из-за тебя!
Кажется, тяжесть последних дней обрушивается на меня лавиной, и я больше не в состоянии контролировать свои эмоции.