— Еще бы! — она уже взялась за якорь.
— Каспар накрутит до натяжения, а я доверну руль. Работаем синхронно.
Я перевёл взгляд на Каспара. Он смотрел на меня спокойно, не задавая лишних вопросов.
Мирель подошла к перилам.
— А как грести?
— Чего? — я уже думал о другом, прикидывая натяжение тросов руля. — Грести куда?
— Нет, веслами этими. Я не умею, — русалка развела руками и покачала головой.
Учить ее грести сейчас нет времени, да и пользы от нее на палубе, кажется, будет больше.
— Меняемся! — сделал я быструю рокировку. — Каспар на вёсла, ты на кабестан, там твоя богатырская силушка пригодиться.
Мирель закатала рукав и показала могучий бицепс. Старик, рассмеявшись, быстро спустился в лодку, принял от нас якорь, уложил на нос и умело налег на весла.
— Ого! Я бы так не смогла.
Мирель внимательно прослушала мой краткий инструктаж: на эти толкать, вот этим стопорить, это вращается и наворачивает на себя трос. В целом механизм близко повторял принцип работы лебедки, которой мы с русалкой поднимали пушку на маяк, поэтому был ей знаком.
— Ослабь, — скомандовал Мирель.
Она сбросила стопор на кабестане, и трос начал разматываться.
Каспар, отплыв на приличное расстояние, остановился. Я видел, как он привстал в шлюпке, просматривая дно, потом резко вытолкнул верп за борт. С коротким всплеском якорь ушёл вниз.
— Крути! — крикнул я Мирель.
Она навалилась на рукояти кабестана, канат натянулся с тихим скрипом. Когг скрипнул и сначала неуверенно, будто примеряясь, дёрнулся в сторону затонувшего якоря, а потом начал медленно отворачивать нос от утёса.
Я поспешно вывернул руль, чтобы корму не затащило на скалу. Через несколько минут мы вышли из мёртвой тени, и первый свежий порыв ветра пробрался под рубашку.
Все с облегчением выдохнули.
— Докручивай до конца!
Мирель улыбнулась и продолжила толкать рычаги, наматывая мокрый канат на вал кабестана. Каспар уже подгребал обратно, и вскоре мы подняли шлюпку на борт.
— Сейчас пойдём! — крикнул старик и поднял палец.
Паруса глухо щелкнули и наполнились ветром, расправив крылья синей птицы. Когг качнуло, он клюнул носом и начал набирать ход.
— Работает! — крикнул я, беря контроль над этим гигантом.
Под ногами ожило дерево. Я переложил руль, пробуя его чувствительность, механизм отозвался мягко и послушно. Канаты скользили по канавкам, а кованные кольца нежно позвякивали.
— Держи круче к ветру! — подсказал Каспар, но я и сам уже доворачивал.
Мирель стояла у мачты, вцепившись в канаты, и смотрела, как удаляется берег. Ветер трепал её волосы, она счастливо улыбалась.