Кроме того, как я и говорил, все технические новинки людей интересовали меня, в том числе, и с корыстной точки зрения — они стоили уйму денег. А значит, с их помощью я смогу скопить еще больше золота! Логика проста и понятна. А где золото, там власть!
Прибыв в Хабах и взяв на вокзале извозчика, я приказал везти себя в ближайшее отделение Рейн-банка. Настала пора разобраться с многочисленными чеками, лежащими в моей барсетке, и перевести все указанные в них суммы на мое имя.
Приказав извозчику ждать меня на улице и оставив чемодан с вещами в коляске, я твердым шагом знающего себе цену человека распахнул двери главного имперского банка, а точнее, его местного отделения.
— Что угодно господину? — служащий улыбнулся дежурной гримасой, что должна была изображать дружелюбие и готовность услужить, только вот вышло это на редкость отвратительно.
Судя по всему, мой дорожный наряд не вызвал в нем доверия, и я был оценен крайне низко. Скорее всего, я попал в категорию неплатежеспособных кредиторов, что вечно умоляют об отсрочках платежей.
— Мне угодно открыть счет.
— Личный или изволите получить счет для компании? — улыбка служащего стала более естественной и приветливой, видимо, меня перевели в категорию средней руки адвокатов.
— Личный, — небрежно бросил, я кладя барсетку на стол и вытаскивая из нее пачку чеков.
Кроме двух чеков от барона, там были еще несколько десятков тех, что я получил от людей, которых лечил в Айндлинге, а всю наличность я сдавал Августу, получив, в конце концов, от его имени чек на ту же сумму. Таким образом, точное количество имеющихся у меня финансов было неизвестно даже мне самому. Не считал я как-то.
Служащий сначала с подозрением взглянул на эту стопку ценных бумаг, но тут же разглядев в ней что-то, тяжело сглотнул, распрямился, побледнел и вспотел. Странная реакция, но я пока решил оставить ее без внимания.
— Прошу следовать за мной! — проговорил банковский служащий, превратившийся в само очарование, и проводил меня в отдельный кабинет, где вскоре кроме него оказался еще и счетовод.
На пару они быстро пересчитали чеки, проверили их, и убедившись в подлинности, сообщили мне окончательную сумму моих сбережений.
— Девяносто семь тысяч триста пятьдесят талеров, господин.
Открытие счета заняло еще некоторое время, после которого я стал обладателем чековой книжки, соответствующих бумаг и мешочка с золотыми талерами. Я решил, что триста пятьдесят талеров мне пригодятся, и попросил выдать их золотыми монетами в десять талеров.
Покидал банк я под заботливо распахнутую служащими дверь, и их заверения в почтении, и готовности услужить мне в любое время. Говорю же, золото — это власть.