Проводники вынуждены были отдалиться, потому что вблизи Семи Ветров не обнаружилось никаких трофеев – а значит, ничего, что могло испускать энергию, насторожившую Марка. Он предполагал, что разберется в источнике, если они доберутся до какого-нибудь покинутого города – мало ли, какое оборудование там вдруг заработало! Но пустоши оставались верны себе, здесь ничего не сохранилось.
Ответов попросту не было… Такую энергию могло породить лишь нечто грандиозное, а нечто грандиозное, в свою очередь, не осталось бы незамеченным на снежной равнине. Марк почти готов был признать, что уловил какую-то природную аномалию, когда транспорт начал замедляться.
– Что случилось? – нахмурился Марк. За окном, возле которого он сидел, по-прежнему не было ничего, что заинтересовало бы проводников.
– Первые обнаружили что-то необъяснимое, – ответил Дагмар.
– Есть то, о чем даже вы не догадываетесь?
– Такого в пустошах больше. Возможно, мы даже сейчас не поймем, что это. Но первые говорят, что это нельзя пропускать.
Транспорты проводников ехали колонной в непривычном для Марка порядке. Он-то ожидал, что во главе будет как раз временный лидер. Но нет, транспорт Дагмара двигался вторым, предоставляя своим спутникам сомнительную привилегию принять на себя удар.
Они свернули с дороги, дальше двинулись по равнине. Далеко отъезжать не пришлось, и это к лучшему, потому что под снегом могло скрываться что угодно. Транспорты выстроились единой линией и окончательно остановились. Двигатели, впрочем, продолжали работать – то ли ради быстрого отступления, то ли для сохранения тепла.
Как только открылись двери, ветер ударил сильно, непривычно остро, будто хлыстом по лицу прошелся. Лучшего напоминания о том, что дышать нужно через фильтр, Марку не требовалось. Он чуть замешкался с непривычным оборудованием и покинул машину последним, но своих спутников легко догнал – они остановились. Он не спрашивал, почему, он и так это видел.
Перед ними были то ли беженцы, то ли другие проводники, просто не из Семи Ветров – малая группа, сказать сложно. Да и не так это важно, потому что все они были мертвы. Они не лежали на снегу, они навсегда остались на ногах – десятка тепло одетых фигур, пронизанных льдом.
Именно пронизанных, не покрытых снаружи, это Марк с такого расстояния хорошо разглядел. Лед не пришел извне и не пробил их насквозь, они сами стали льдом. Каждая капля воды, находившаяся в их теле, попросту замерзла. Так не могло произойти – не должно было, люди замерзают насмерть иначе! Но кому это доказывать, если все уже случилось?