Состояние по-прежнему было странное, непривычное. Он не зависал, он работал, он даже написал несколько программ за эти часы и запустил их. Но если бы его спросили, что это за программы и для чего они нужны, он бы не смог толком объяснить.
Зорана не покидало ощущение, что его разум разделился на несколько частей. Одна, та самая гениальная, продолжала работать, потому что не работать не могла. Но другая, которая как будто и была им настоящим, застряла в прошлом, снова и снова прокручивала момент смерти Литти, пыталась понять, мог ли он что-либо исправить, насколько он виноват в случившемся и не лучше ли ему просто исчезнуть, иначе смерти вокруг него продолжатся…
– Зоран.
Раньше, если бы его вот так окликнули в темноте, он бы непременно подпрыгнул, вскрикнул или даже попытался спрятаться. А теперь он лишь безразлично повернулся к двери и уставился на Вергера, ожидая, что тот скажет.
Судя по измазанной кровью одежде, Вергер в эти часы тоже не отдыхал, но и утомленным он не выглядел. Хотя… это же Вергер. Иногда Зорану казалось, что он тоже не человек, тут вообще людей не осталось!
– Я закончил вскрытие Литти Кашбир, – сказал он.
– Когда я был в квартале кормильцев в прошлый раз, я говорил с ней и ее сестрами, – тихо произнес Зоран. – Они все сказали, что у них нет никаких протезов, и я поверил… Хотя, если задуматься, с чего бы им говорить мне правду?
– С того, что ее сестры были обычными людьми, не под контролем. Все трое сказали тебе правду: у них не было протезов. Только Литти установили модуль, но вряд ли она об этом знала.
– Что? – растерялся Зоран. – Как такое возможно?
– Путей не так уж мало, но это явно было сделано обманом. Она, скорее всего, не догадывалась о том, что у нее внутри. А ее сестер убили в том числе и для того, чтобы они не подсказали нам, при каких обстоятельствах ей могли установить модуль.
Зоран понимал, зачем Литти понадобилась продавцу игрушек. Вероятно, дело было не лично в ней, ему требовался просто кто-то из квартала кормильцев – тот, кто имел туда постоянный доступ, смог бы подселить в землю всех тех паразитов… и подготовить ловушку для Хан Сон-Ра, раз уж на то пошло. Он выбрал того, кто оказался под рукой раньше всего. Ему было плевать на то, что он убивает молодую девушку. Разве она стала первой, кого он уничтожил? И была ли она самой слабой из жертв?
Он всегда так действует… Потому и преуспевает: он не позволяет жалости себя сдержать. Но ведь именно поэтому он их враг! И Зорану нужно сейчас не оплакивать Литти и самого себя, а сосредоточиться на деле.