Ответ на запрос пришел среди ночи. Полина, сидевшая на открытом окне с сигаретой, услышала звук пришедшего сообщения и взяла телефон, закуталась плотнее в одеяло и снова забралась на подоконник.
Прочитав сведения из справки, она почувствовала себя совершенно растерянной. К разгадке это не приблизило ее ни на сантиметр. Сергей Мослаков по кличке Монгол был довольно известным карточным шулером, хотя первый срок получил за ограбление продуктового магазина. Однако первая «малолеточная» судимость не помешала ему поступить в музыкальное училище по классу саксофона и окончить его с красным дипломом. В какой момент талантливый саксофонист переквалифицировался в каталу, в справке не значилось, как не значился там и факт его пересечения с Дмитрием Каргополовым, конечно. Заинтересовало Полину еще и то, как именно родившийся и выросший в Москве Мослаков оказался сперва в Осинске, а потом и в Рябиновой Горке.
Из справки следовало, что у Сергея имелись две младшие сестры-погодки, одна из которых до сих пор жила в Москве, а вторая погибла в пожаре, проживая с мужем где-то на Урале. Родители их давно умерли и похоронены на одном из московских кладбищ. Как эта информация поможет ей в дальнейшем, Полина не представляла. И — никакой связи с Рябиновой Горкой.
«Черт возьми, что вообще происходит? При чем тут моя тетка, при чем отец? В какой момент и в каком месте они пересеклись с этим Монголом? Как Анна Сергеевна сказала? В Осинске они познакомились? Ну, допустим. Мама с папой там жили до переезда в Хмелевск, а тетя Лида наверняка училась, надо в документах посмотреть. Она младше мамы на шесть лет, вполне могла жить в Осинске под присмотром старшей сестры, пока училась в техникуме. Но — папа? Как и где папа познакомился с Мослаковым и почему так хорошо его знал, если был категорически против его общения с тетей Лидой? И ведь не у кого спросить, совершенно не у кого! Стоп! — вдруг вспомнила Полина и спрыгнула с подоконника, заходила по номеру от окна к двери. — После смерти мамы я привезла к себе ее старую сумку, в которой хранились всякие документы и какие-то записные книжки, вроде бы даже папины… Рука не поднялась выбросить, так все и лежит на антресолях в коридоре, я даже во время последнего ремонта сумку эту не тронула, так и убрала опять на верхнюю полку. А что, если… Надо Лёве позвонить!»
Она даже схватила телефон, но вовремя глянула на его экран и с сожалением бросила на кровать — часы показывали половину четвертого, будить мужа в такое время со странной просьбой достать с антресолей старую сумку было бы слишком даже для нее.