— Если вам трудно говорить, я могу прийти завтра, — заметив, что на лбу Каримовой выступили капли пота, предложила Женя.
— Нет-нет… я лучше сейчас… не могу больше… в ту ночь я пришла, а в доме кто-то есть, я сразу почувствовала… кто-то рылся в шкафу. Я хотела убежать, но эта женщина на меня бросилась… у нее пистолет был, я так испугалась, что даже не понимала, что делаю… мы боролись, я ее за руку держала, не давала прицелиться… а потом — бах! Выстрел… она валится на пол, я без памяти во двор выскочила и домой… а пока бежала, подумала, что надо вернуться и пистолет забрать и выбросить… Только через несколько дней уговорила себя, снова пошла, перерыла весь дом, все вокруг трупа — пистолета не было. Я очень испугалась, еще сильнее, чем накануне, даже про саксофон забыла… схватила пачку сигарет, она на полу валялась, выскочила во двор, выкурила — не помню даже сколько — и побежала домой.
— А в Оврагах вы как оказались?
— Я к Железному шла, хотела поторговаться… а меня кто-то по затылку огрел, я даже не поняла, что случилось… Мне сказали, что меня полиция нашла. Если бы не они, я бы к вечеру умерла уже… три дня лежала… кровопотеря, переохлаждение… — бормотала Элеонора, то и дело закрывая глаза. — Что со мной будет?
— Вы поправитесь.
— Нет, я не об этом…
— Поправитесь и будете дальше писать книги свои. Никого вы не убивали, я специально перед этим разговором посмотрела протокол осмотра и вскрытия. Ход раневого канала соответствует тому, что вы рассказываете. И отпечатков на пистолете ваших нет, мы его нашли. После выписки мы, конечно, еще проверим на месте ваши показания. Но я уверена, что никаких обвинений вам никто не выдвинет. Выздоравливайте, Элеонора Тимуровна.
Выходя из палаты, Женя услышала, что Элеонора плачет.
Виталия Ружевского удалось задержать только через две недели в Москве, где он готовился уехать за границу. На следствии он полностью признал вину в убийстве Лосева, а также рассказал, как выкрал пистолет из сейфа своего шефа, а потом, обнаружив мертвую Яну Заботину, решил снова подкинуть его Железному и уехать из страны, попутно прихватив круглую сумму со счетов работодателя. Он надеялся, что Железному предъявят обвинения в двух убийствах и тому будет не до поисков беглого помощника. Но вышло как вышло, и вместо комфортной жизни за границей ему пришлось отбыть в места, где не так тепло и солнечно.
Элеонора Каримова вышла из больницы, отказалась от запланированного тура и вдруг через полгода презентовала новую книгу, написанную в соавторстве с Арсением Жучковым. Это был не привычный ее поклонникам любовный роман о Средневековье, а настоящий триллер с элементами детектива, действие которого закручивалось вокруг пропажи антикварного музыкального инструмента. Арсений буквально вымолил у Жени разрешение сделать снимки саксофона, и на обложке их с Элеонорой романа он оказался изображен во всех подробностях. Даша приложила все усилия, чтобы выход книги не остался незамеченным. Видел ли книгу дядя Элеоноры и Даши, матерый уголовник Монгол, осталось тайной.