— Хорошо, спасибо.
Она сунула брелок в карман кителя и толкнула дверь. Из-за стола поднялся высокий худой мужчина в темно-синей робе с белым прямоугольником, нашитым на левой стороне груди, — там стояли фамилия и номер отряда.
— Осужденный Мослаков Сергей Иванович, статья… — начал он низким хрипловатым голосом, но Женя махнула рукой:
— Не нужно, я знаю. Присаживайтесь, Сергей Иванович.
Он вернулся на место, сложил на столе руки в замок, и Женя отметила, какие длинные, аристократические у него пальцы, с чуть припухшими суставами и тонкой бледной кожей. Она вспомнила слова Горицкого о том, что на первый взгляд разглядеть в Мослакове зэка с тремя ходками невозможно, и это оказалось правдой. Если снять с него робу и переодеть в обычный костюм, ни за что не поймешь, кто перед тобой.
— Сергей Иванович, меня зовут Евгения Борисовна Жучкова, я начальник следственного отдела Рябиновой Горки.
Мослаков крякнул от неожиданности:
— О как! А куда ж Моисеев девался?
— На пенсию вышел.
— А вы, стало быть, вместо него теперь?
— Стало быть, вместо него, — подтвердила Женя.
— Это что же, Горицкого подсидели?
— Почему же подсидела? Начальство решило, что я для этой должности подхожу больше, чем капитан Горицкий, вот и все.
— Ну, звание у вас точно выше, гражданка начальница, — улыбнулся Мослаков, и Женя поймала себя на том, что улыбка у него мягкая, даже какая-то робкая, что ли. Он не оскалился, а именно улыбнулся — открыто и от души.
«Очень, конечно, странный зэк, тут Горицкий прав».
— Сергей Иванович, я к вам по очень неприятному вопросу приехала. И таких вопросов у меня много, я должна их задать и надеюсь получить честные ответы, — сказала она, и Мослаков насторожился:
— О чем речь?
— Скажите, фамилия Лосев говорит вам о чем-то?
— Разумеется. Ваня Лосев, хороший парнишка, хоть и заплутавший по этой жизни. Вместе сидели, он в марте вышел. А что такое?
— Сергей Иванович, а вы просили Лосева об одолжении? Передавали через него крупную сумму денег Анне Сергеевне Мухиной?
Мослаков помрачнел:
— И это знаете?
— Знаю. Ничего в этом криминального не вижу. Так передавали?
— Ну, сами же знаете, что передавал.
— А с какой целью?
— Слушайте, Евгения Борисовна, а давайте не будем тут в жмурки играть, так всем проще будет, — вдруг наклонившись вперед, проговорил Мослаков, глядя Жене в лицо. — Вы знаете, что я деньги отсылал, знаете кому и сколько — так что наверняка знаете и с какой целью. Зачем дурака валять? Вы не за деньги поговорить приехали, вот и говорите.
Женя помолчала, рассматривая Мослакова в упор. Он не отводил взгляда. Так прошло около минуты, и в этот момент в дверь постучали — дежурный принес чай. Мослаков внимательно наблюдал за тем, как он расставляет стаканы, пластиковую вазочку с сахаром и чайные ложки, как идет к двери и снова ее запирает.