Многое в нашей жизни зависит от таких вот случайностей. Хотя что есть случай? Когда-то давно я запомнил одну фразу: «Случайность — это проявившаяся неизбежность».
Возможно, пойди мы по другой улице или появись я в переулке чуть раньше, даже будь Лема одна, всё могло бы быть иначе. Но все предыдущие события свели нас именно к этому моменту.
— Эй, кажется, я тебя знаю, — услышал я наглый голос за спиной, когда мы молча разошлись с подвыпившей компанией. — Слышь, ты, вонючий раб! Я к тебе обращаюсь!
— Вы обознались, господин, — ответил я, пытаясь спрятать лицо.
— Где ты потерял руку? — Ко мне подошёл человек в дорогой одежде. — Смотри на меня, когда тебя спрашивают!
Я поднял взгляд и понял, что конфликта не избежать. Передо мной стоял Ярг.
— Ха-ха-ха! Гля, народ, да это же сам Безликий собственной персоной! — захохотал он, привлекая к нам ещё больше внимания. — А это у нас кто? Новая подружка?
— Вы обознались, господин, — в очередной раз повторил я и опустил голову.
— Ты что, хочешь сказать, что я тупой? — холодным тоном произнёс он. — Или слепой?
— Отстань от него! — вступилась за меня Лема. — Он тебе ничего не сделал!
— А что он может мне сделать? — захохотал Ярг. — Жалкий выскочка, возомнивший себя чемпионом. Постой, ты что, из свободных?
— Не трогай её, — попросил я, уже не скрываясь и попытался спрятать девушку за спину.
— А то что⁈ — нагло улыбнулся тот. — Что ты мне сделаешь, вонючий раб? А она ничего. Как она, хороша в постели? Или такая же скучная, как твоя бывшая? — Он попытался схватить Лему за руку, но я заступил ему дорогу.
— Она невинна, Ярг, — тихо ответил я. — Ты знаешь, что с тобой будет, если ты её тронешь?
— Мне не будет ничего, — захохотал он. — А вот раба, который изнасиловал свободную, ждёт очень много неприятностей.
— Лема, беги! — Я оттолкнул девушку, но она не тронулась с места. — Вали, я сказал!
— А ты?.. — начала было она.
— Быстро отсюда! Бегом! — крикнул я, пока события только начали набирать ход.
Лема сорвалась с места, а я перекрыл дорогу Яргу и парочке его друзей, которые хотели пуститься вслед.
Чемпион арены тут же попытался вывести меня из игры. Драться с ним на улице означало больше никогда не появляться на арене. Меня просто казнят за нападение на свободного человека. Однако уходить от ударов и отталкивать его мне никто не запрещал. Первую двойку в голову я парировал культёй и ладонью левой руки оттолкнул от себя Ярга.
— Ты что о себе возомнил, животное⁈ — прорычал он и бросился в атаку уже серьёзно.
Удар ногой я пропустил над головой и снова оттолкнул чемпиона уже в спину, тот едва устоял на ногах. Хмель в голове не давал ему возможности двигаться так, как на арене, но менее опасным противником он от этого не сделался.