— Даша… Денис… Дети… — Голос инженера чуть дрожит, видно, что он сильно волнуется и не знает, что сказать. — Живите в мире и согласии, любите друг друга, берегите друг друга, храните любовь и счастье… Благословляем вас на долгую, счастливую семейную жизнь…
— Будьте счастливы, дети… — Принимает эстафету Полина Артемьевна. — Совет вам да любовь!
Икона совершает крестное знамение над Дашенькой, она целует ее, затем то же самое происходит со мной… Встаем, поворачиваемся к священнику, наши дру́жки подносят ему ́людечко с кольцами. Серебряный ободок прочно осваивается на моем пальце, батюшка надевает колечко на пальчик Дашеньке… И все восторженно аплодируют, когда мы целуемся…
Звон бокалов, пузырящееся «Абрау-Дюрсо»… Праздничный обед идет своим чередом. Веселый смех, поздравления, тосты, пожелания… Я, не отрываясь, смотрю на мою любимую и не могу отвести взгляд… Вот почему так?.. Есть женщины красивые, интересные, шикарные, симпатичные, да этих эпитетов — половина русского языка, наверное. Но есть только одна ненаглядная… Та, на которую смотришь и не можешь наглядеться… Потому что она какая-то особенная, не такая, как все. Что-то такое есть в ней, что ты согласен бесконечно смотреть и смотреть на любимую…
— … тольевич!.. Денис Анатольевич!.. — Александр Михайлович уже чуть-чуть под шофе. Скорее от радости, чем от вина. — Да вы меня совсем не слышите!.. Давайте оставим шампанское для дам, а мы с вами выпьем коньячку! Эту бутылку мы с Полиной Артемьевной храним с тех пор, как Дашенька поступила в гимназию. Специально для этого дня сберегали…
Янтарная жидкость пробегает огнем по телу и приносит какое-то относительное успокоение. Теперь уже почти теща начинает очень издалека нужный ей разговор. И через час завуалированных намеков, высказываемой уверенности в моих возможностях и порядочности, после прочих словесных завихрений, которым позавидовал бы любой дипломат, я понимаю, что у меня есть не более трех месяцев на то, чтобы решить все вопросы, связанные с получением благословения моих родителей, разрешения на брак от вышестоящего командования и, собственно, самой свадьбой. Я абсолютно не против, даже наоборот, очень хочу этого, единственная трудность — Томск. Приеду, надо будет сразу же писать письмо папе с мамой и убеждать их изо всех сил. Ладно, прорвемся! Этот вопрос надо решить, и он будет решен во что бы то ни стало!
Чуть позже с подачи и полного согласия старшего поколения мы вчетвером отправляемся на прогулку в Максимовский парк. Воздухом подышать, да и народу показаться. Так сказать, ненавязчиво прорекламировать наше торжество. Заботливая теща быстренько собирает пикниковую корзинку, куда помещается бутылка легкого вина, завернутые в салфетку бокалы и фрукты в качестве символической закуски. Михаил Семенович, вовремя вспомнив, добавляет туда же очень необходимый штопор. Доктор берется поработать носильщиком, и мы, не торопясь, шагаем к вокзалу, где ловим извозчика и едем в парк…