— А что это за место, Мартьяныч?
— Будто ты не знаешь?.. А, ну да, вы же это все считаете детскими сказками… Это — Калинов мост через реку Смородину. Место, где почти сливаются Явь и Навь, мир живых и мир мертвых. Но они настолько разные, что только огнем могут быть разделены… Почто прибрёл сюда?..
— Не знаю, Мартьяныч. Меня как будто кто-то манит туда, на другой берег…
— А ты, дурашка, и рад поспешить!
— Так я не чувствую там опасности!..
— Эх, учить тебя еще и учить! Ты — Воин, привык видеть Смерть в бою. Когда замертво падаешь или, смертельно раненный, в глотку врагу вцепляешься, чтобы с собой его утащить. А Безликая может быть и другой. Кому-то — сладкой, желанной. Кому-то — неожиданной и неотвратимой. Тебе вот показалась завораживающей, неопасной. Про Одиссея и сирен Гомеровых слышал, небось… Душа у тебя сильная, но неопытная. Не учили тебя с малых лет правильному пониманию, вот и поддалась она на этот интерес. Как дите малое, полезло пальцами в огонь. Больно-то станет, но будет уже поздно… Так что иди отседова, Воин, возвращайся обратно. Не пришло время тебе помирать, много врагов еще твоих по земле ходит… Уходи!..
Какая-то непонятная сила дергает меня вперед, делаю еще один шаг. Старик в медвежьей шкуре, не оборачиваясь назад, делает рукой отвращающий жест, потом вроде несильно стукает меня посохом по лбу, но в глазах темнеет, а когда черная пелена рассеивается, я лежу на зеленом лугу без конца и без края, в голубом небе чирикают какие-то пернатые, временами прячась в солнечном свете…
Выныриваю из обволакивающего, зыбкого сна, услышав чьи-то голоса в отдалении. Некоторое время балансирую на грани забытья, потом окончательно просыпаюсь от прохладного и влажного прикосновения к лицу. Веки несколько раз дергаются, но спать я больше не буду! Потому что рядом со мной сидит Даша!.. Бледная, осунувшаяся, в уголках глаз скапливаются слезинки. Растерянно и радостно улыбается, потом, обернувшись, зовет:
— Мама!.. Мама, он очнулся!..
Пытаюсь спросить, где я и что произошло, но во рту пересохло, вместо слов получается какое-то змеиное шипение. Заметив мои потуги, она прижимает ладошку к моим губам.
— Тише, тише, тебе нельзя разговаривать! Ты еще очень слаб!..
— Даша, я позову доктора! — Голос Полины Артемьевны звучит из другого конца комнаты, слышны ее удаляющиеся шаги.
— Теперь все будет хорошо… — тихонько шепчет Даша, ставя поцелуем точку в предложении.
В коридоре слышатся шаги, голоса, дверь распахивается, в палату гурьбой вваливается куча народа… Доктор Голубев, интересно, откуда он тут взялся?.. Вместе с ним появляются неизвестный дядька с окладистой бородой и богатырского вида генерал… За ними замечаю Валерия Антоновича с каким-то офицером…