– Я не знаю, как быть дальше… – признаюсь ему и сама себе. – Все так странно, неожиданно. Будто сон. Твоя ревность, это так непривычно…
– Давай не будем о завтра и будущем? Я устал думать обо всем на свете, – его голос звучит приглушенно, почти неслышно. – Не хочу знать ни про Германа, ни про твоих мужиков. Вообще ни о чем. По крайней мере, не сейчас.
– Хорошо, – послушано соглашаюсь, потому, как сама устала. От всего. От мыслей, что душат не хуже удавки. Их так много. Они такие хаотичные. Сбежать бы от них. И от людей. От прошлого. От тех, кто меня ненавидит. Но я выросла и убегать больше не планирую.
Соболев выключает свет, погружая нас в темноту. Я прижимаюсь чуть ближе к нему, позволяя мужскому теплу окутать меня. И в этом нет никакой пошлости. Только миг близости, как соединение душ.
Мне хочется прошептать, что… любовь никуда не делась. И я… видимо все еще люблю Руслана Соболева, раз так легко впустила его обратно. Но решаю промолчать. Позже поговорим. Пока мы можем вот так просто лежать рядом — это за гранью счастья.
А я, кажется, так давно не была счастливой.
***
Просыпаюсь я раньше Руслана, и пользуюсь этой возможностью, чтобы сходить в душ, заодно выпить кофе. Ищу варианты, как ему выбраться из моего домика незамеченными, но на мой телефон приходит сообщение в чате группы. Просят всех экстренно собраться в шатре номер один, он самый большой и центровой.
Думаю разбудить Соболева, однако он так мило спит, что я откладываю эту затею. Все равно быстро вернусь, вряд ли там что-то очень важное.
Накидываю олимпийку, обуваюсь и выхожу на улицу. Трава влажная, дождь видимо ночью неплохо прошелся по местности. Мы так погрузились в сон, что я ничего не слышала.
До шатра дохожу быстро. Напротив него людей не особо много. Где-то половина, а то и меньшая часть. Коуча почему-то не видно, как и организаторов нашего тимбилдинга. Зато включен прожектор и рядом с ним стоит Дарья Сергеевна с какой-то женщиной, чуть старше ее по возрасту.
– Кажется, все в сборе, – громко озвучивает моя начальница, хотя в сборе далеко не все и она явно это понимает. – Начнем презентацию.
Презентуют они идею относительно следующего выезда, отвечают на вопросы присутствующих. И вроде ничего странного в этот момент не происходит, пока у присутствующих вдруг не начинают пиликать телефоны. Какая-то массовая рассылка. Все лезут посмотреть, кроме меня. Потому что я не получаю ни каких сообщений, но отчетливо вижу по глазам присутствующих немой шок и осуждение.
Коллеги шепчутся, переглядываются. И я случайно боковым зрением замечаю у мужчины, что стоит рядом фотографию, от которой мое сердце падает к ногам, словно в пропасть.