Шаги снаружи затихли, я услышал тихий разговор, но разобрать, о чем идет речь, не удалось. Голоса замолкли и те, кто только что планировал осаждаться небольшой заброшенный домик неподалеку от оживленной трассы, шустро отошли назад. Когда гул двигателей тоже затих, Романов набрал еще один номер.
— Дмитрий, — обратился он к неизвестному абоненту, — ты знаешь, где меня найти. Возьми его и приезжай. Один.
Я еле слышно вздохнул. Сработало. Страшно представить, что могли бы сделать с нами люди Романова, если бы не маленькая хитрость с записью.
— Я умею проигрывать, — пленник развел руками, а потом помассировал кисти, до того пережатые веревкой. — Но у меня есть одно встречное условие: запись должна быть уничтожена.
— Это уже не в моей власти, — я покачал головой. — Есть много неупомянутых мной вещей, которые принадлежали нам. Есть ущерб, нанесенный нашему имуществу. Все это надо как-то возмещать. Возможно, эти вопросы лучше оставить на потом, когда все уляжется.
Романов сперва хмыкнул, а потом, не сдерживая себя, расхохотался в полный голос, словно сумасшедший. Он успокоился только через минуту, когда, вытирая слезы, проступившие на его лице от смеха, произнес:
— Меня обвели вокруг пальца какие-то сопляки… А теперь еще и… — его накрыло очередной волной истерического смеха.
— Наверно, он подсчитал, сколько нам должен? — предположил Владимир, отойдя от него подальше.
Я не знаю, что он считал. Может быть, он просто был в отчаянии, как и мы этим утром, а теперь лишь дал волю эмоциям. Но я точно знал, что мы победили — до нашего обмена оставались считанные минуты.
Домой
Мне казалось, что самое сложное уже позади. Да и как думать иначе, когда благополучно прошли переговоры с полковником Королевым, когда Романов отозвал назад всех своих бойцов, а нам оставалось только ждать приезда таинственного Дмитрия, который привезет нам винтовку. Сидели молча. Разговаривать при потенциальном противнике было неудобно. Хотя, о чем я? Он был вполне себе реальным противником и только запрет сверху мешал каждому из нас пусть ему пулю в голову. И да, то что он не был вооружен — тоже очень сильно мешало спустить курок.
По моим прикидкам нужно было всего полчаса, чтобы добраться от места хранения оружия, новоприобретенного здания, до этой богом забытой деревеньки. У меня порой возникало ощущение, что даже на базе знают о нашем ожидании и не хотят нас лишний раз отвлекать. Кирилл, который иногда бывал очень не к месту, тоже помалкивал. И все же я был спокоен.
Владимир прохаживался по комнате, временами бросая косые взгляды на Романова — тот был по-прежнему привязан к стулу. Дотянуться до узлов на ногах было невозможно, но внимательность с таким человеком была не лишней. Лена тоже казалась странно замкнутой. Она перебирала содержимое сумок, которыми мы так и не воспользовались. Что ж, лучше взять с собой лишний ствол, чем остаться безоружным перед лицом противника, разве нет?