Звонкий удар по щеке остановил его. Опешили даже мы с Володей, так стремительно Лена подлетела к промышленнику и отвесила ему пощечину. Я бы поаплодировал такому, но, стараясь оставаться серьезным ответил:
— Пожалуй, разоблачать мы тебя начнем сразу же с твоих последних слов. Кирилл, позвони нашему другу и включи ему запись разговора. Он, кажется, не верит, что мы можем разрушить его империю всего за десять минут.
Романов фыркнул и отвернулся. Похоже, он все-таки потерял самообладание. Не знаю, что его проняло, как остались загадкой методы работы Кирилла — но вскоре завибрировал телефон в кармане брюк нашего пленника. Владимир вытащил его и, приняв вызов, приложил к уху Романова.
Я переместился ближе к центру комнаты, чтобы лучше было видно реакцию на звонок. Запись было слышно даже нам, но, раз уж я отлично знал ее содержание, не мог не отвлечься на Лену.
— Отличный удар, — прошептал я. — Очень вовремя.
Вместо ответа я получил очень дружеский тычок локтем в бок. Перестав смущать девушку, я обратил внимание на лицо Константина Романова. Он был мрачнее тучи.
— Есть предложение решить все миром, — раз уж мне досталась возможность играть главную роль, играть ее надо до конца. — Смертей сегодня было уже достаточно. Мое предложение простое: мы получаем назад наше оружие, вы получаете свободу. Думаю, для вас это лучшее решение. Сохраните жизнь и репутацию.
Снаружи послышался шорох множества шин. Я догадывался, что такой человек, как Константин Романов не ходит без маячка или другого следящего устройства. Потому-то и не было погони за нами — зачем гнаться за теми, кого можно найти в любое другое время? Прилично подготовившись, к тому же.
— Во всех других случаях, если мы гибнем, если винтовка не переходит к ее истинному владельцу и при прочих негативных для нас раскладах, — стараясь держаться невозмутимым, продолжал я, — ваше падение гарантировано. Вы не успеете использовать оружие в своих интересах.
— Кажется, я недооценил тебя, — мрачно ухмыльнулся Романов. — Освободите меня. Мне нужно сделать пару звонков.
Снаружи громко хлопали двери автомобилей и десятки ноги неслись к нам. Мое воображение уже рисовало полицейский спецназ в полном обмундировании, с дробовиками и таранами. Дверь показалась мне очень уж хлипкой, а заблокировать ее было нечем — от протекшей крыши вся оставшаяся в домике мебель была непригодна к любому использования.
— Передай своим ребятам, что все нормально. Отбой. Мне не потребуется ваша помощь, — негромко говорил Романов.
Мое воображение тем временем переместилось со стражей порядка на личную охрану промышленника. Такой спецотряд дал бы прикурить и десантникам. Правда, лишь в моем воображении. Кажется, в этот раз мои нервы хоть и не сбоили, но заставляли попотеть всего лишь от мыслей.