Принцесса Леванна потрясенно стояла в центре комнаты, пытаясь понять, что здесь произошло. Я была уверена, что именно она снесла дверь. Но как она догадалась?..
— Зачем ты помогаешь ей? — спросила Леа у Леванны. — Ты хоть представляешь, кто перед тобой?
— Догадываюсь, — ответила та. — Но мне все равно, какие у кого особые таланты. Мы, феи, не вешаем ни на кого ярлыков. А ты, Леа… Убийство —тяжкое преступление. Стоило придумать более честный способ избавиться от сильной соперницы. Но не мне тебя судить. Михаэль Авертон сам найдет для тебя подходящее наказание. И твой отец с братьями. Ты ведь понимаешь, что поставила под удар не только себя, но и честь семьи?
Похоже, последнее значило для Леа особенно много. Она вздохнула, а ее аура с привычного бежевого окрасилась ярко-красным. Принцесса впервые потеряла над собой контроль.
В коридоре послышались крики. Ярон со стражниками спешил на место происшествия. Как сильнейший маг, он не мог не почувствовать, что в замке творится неладное.
— Честь семьи… — глухо повторила Леа. — Я… Мне…
Ее аура, и без того красная, вдруг вспыхнула так ярко, что у меня заболела голова. Прижав ладони к вискам, я глухо застонала и опустилась на пол. Происходило нечто такое, с чем мне еще не приходилось сталкиваться. Таких аур я еще не видела.
Обессиленная, практически полностью опустошенная магически древним проклятьем всех метаморфов, я ничем не могла помочь ни себе, ни девушкам. Услышала вскрик Леванны, а после ощутила жар, идущий из комнаты Леа. Как будто там, внутри, что-то взорвалось.
Встала на четвереньки, слабо позвала Стинки. Но не успела ни услышать ответ, ни понять, что помощник жив. Сознание покинуло бренное тело так резко, словно кто-то безжалостно задул свечу моего разума.
Сознание возвращалось короткими вспышками, то вознося к свету,то отправляя обратно в темную глубь небытия. Во время коротких проблесков я слышала чьи-то голоса, но практически не ощущала тела.
Собственного?
Я не могла разобрать, вернула ли настоящую внешность. Если перестала быть принцессой Илоной, то лучше бы не просыпаться вовсе. Ни король Иоард, ни, тем более, Михаэль Авертон, не простят проштрафившегося метаморфа. Плохая из меня вышла Тень. Совершенно никудышная. Так глупо довериться сопернице, пойти у нее на поводу. Позволить заманить себя в ловушку. Еще и подставить помощников
Стинки?..
Леа?..
Оба они хотели помочь, но вместо этого…
— Тише, тише, моя принцесса, — услышала я голос Ярона. Он был тихим, словно доносился из другого мира. И все же я смогла различить его слова. Смогла остаться в сознании, удержаться в реальности, хватаясь за слова Советника, как утопающий за соломинку. — Все хорошо. Опасность миновала.