Листян разумом понимала, что лучшего жениха ей в стане не сыскать. Тысячник, правая рука Великого Хана, сын одного из самых уважаемых людей, к которому прислушивался сам хан… Да и просто: красивый мужчина и отменный воин.
Но она его не любила ни капли, он был неинтересен ей. Листян хотела совсем другого мужа: жесткого, властного, опытного, лучше — постарше. Такого, чью власть могла над собой признать. Наран ей не подходил совершенно. И сейчас она малодушно радовалась, что тысячник покинет стан вместе с ее братом — ведь тогда она не будет его видеть и вспоминать о своем некрасивом поступке.
И теперь, когда кони были готовы, когда наутро войско отправлялось в поход, когда на шатре у хана висел его кнут — знак того, что в эту ночь на внимание Баяра имела право только его любимая жена, Листян потеряла бдительность. Уверенная, что все воины спят, она ночью вышла в свое любимое место: к древнему кругу из камней, называемому Тойрог. Там лучше всего думалось и отменно успокаивался дух.
— Я так и знал, что найду тебя здесь.
Девушка вздрогнула и обхватила плечи руками. Ей хотелось съежиться, спрятаться, раствориться в старых камнях, но увы — немыслимо.
— Ты меня искал?
В темноте Наран красивый: высокий, молодой, сильный. Не сверкают нестерпимой рыжиной его волосы, не видно веснушек, не заметна юношеская нескладность. Листян его разглядывала — не прятать же теперь глаза? Гордость не позволяла.
— Знаешь же, что не уеду, не попрощавшись.
Да, знала. Потому и пряталась. И нужно было немного потерпеть, но терпеть Листян не умела совершенно.
Промолчала, старательно разглядывая в темноте травинки.
— Будь моей женой, Листян. Я хочу, чтобы ты была только моей. Всегда.
— Зачем? — и снова она знала ответ, но не могла отказать себе в удовольствии его услышать.
— Я тебя люблю. Как солнце, как небо, как ветер. Как дождь в жаркий полдень в середине лета.
— Я… не люблю тебя, Наран, — и это она ему уже говорила.
— Моей любви на двоих хватит. Я вернусь к тебе, Лис.
— Конечно, вернешься, — о, в этом она не сомневалась. Таких зануд даже смерть не берет.
— Дождись меня. Не… обещай себя другому.
— Ох, Наран! — Листян раздраженно притопнула ножкой. — Вот тут обещаю. Пока Баяр не вернется, не выйду замуж, уж будь уверен.
Он шагнул к ней, пристально вглядываясь в лицо невозможной этой девушки, любви своей безумной, иссушающей, мучительной — и прильнул губами к ее губам. Она вырвалась, шипя как дикая кошка, сверкнула глазами и бросила гневно:
— Спасибо скажи, что не ударила ножом! Не будь ты другом моего брата, я бы тебя убила!