— Я не голоден. Унеси это.
Потом скривился.
Катерина смиренно кивнула и забрала посуду.
После этого я сложил руки на груди и закрыл глаза. Я был так уверен, что не смогу заснуть по причине голода и алергии, что и сам не заметил, как постепенно задремал.
Меня разбудил тревожный крик:
— Саша! Саша! Просыпайся… Почему она… Саша!..
Вот и всё. Арка стремительно приближалась к своей кульминации.
Я лениво потянулся, похрустел шеей и бросил мимолётный взгляд на Алекса. Тот в панике склонился над Сашей — её глаза были открыты и безжизненно смотрели в пустоту, точь-в-точь как у прочих «заболевших» в зале. Полюбовавшись на эту картину, я снова зевнул и прикрыл веки.
Удачи Алексу, удачи остальным. Я знаю, что она вам не понадобится — вы же герои и преодолеете любую преграду, — но всё равно: желаю вам удачи. И всё. Потому что сам я вам помогать, разумеется, не собираюсь…
…
…
…
— Вот и всё, время пришло… — говорил тёмная фигура, расхаживая по зловещему кабинету, усеянному бесчисленными человеческими конечностями. Руки, ноги, тела, головы — всё это висело вокруг него в ужасающем изобилии. Тусклые синеватые кристаллы, освещавшие помещение, отражались в многочисленных полуприкрытых глазах.
Когда Саша пришла в себя и увидела эту картину, то едва не вскрикнула: леденящая рука ужаса стиснула её горло и не позволила издать ни звука. Лишь постепенно к ней пришло осознание, что части тел принадлежали… куклам. По всей комнате стояли и висели целые и разобранные големы, подобные тому, которым была «Катерина».
Посреди своего рабочего кабинета расхаживал доктор Сириус. Но даже его Саша узнала далеко не сразу. На лице скромного и доброжелательного врача, освещённом призрачным сиянием, она увидела неописуемое выражение. Сами черты его были спокойными, прямо как у множества марионеток, головы которых свисали с потолка, но в глазах бушевали огненные бури.
Саша поджала губы, попыталась вытянуть руки — и удивлённо вздрогнула, когда они ударились о некую гладкую, стеклянную поверхность.
— Можешь не пытаться, — неожиданно сказал Сириус. — В данный момент ты представляешь собой чистую духовную энергию. И нет, я не могу тебя слышать. Видеть — да. Пока ещё довольно чётко.
Саша осмотрелась. Она видела всё вокруг, видела свои руки, но при этом мир казался ей странным, плоским. Как если бы из объёмной фигуры он превратился в отражение на зеркальной поверхности.
— Всё что угодно можно использовать в качестве временного сосуда для души, но именно зеркала позволяют видеть их и общаться с ними. Со временем, однако, души в них увядают. Вы уже проходили курс северной философии? «Бытие определяет сознание». Душа в зеркале постепенно превращается в обычное отражение, а затем исчезает… Я мог бы использовать другую оболочку, в которой ты бы не смогла себя осознать, но ты — мой последний, решающий эксперимент и достойна знать… правду, — мрачно усмехнулся Сириус.