Но судьба её была тяжела. Избранником её стал морской капитан, человек, чей удел — вечно странствовать по волнам. Она же, связав себя с ним, могла лишь стоять на берегу, вглядываясь в горизонт, и с каждым днём её сила слабела, ибо не было его рядом, чтобы поддержать её дар. И вот в одну из ночей, когда буря грозила потопить его корабль, она вошла в волны, слилась с ними, и море признало её своей. С тех пор мореплаватели рассказывают о женщине, что восстаёт из глубин, ведёт корабли сквозь штормы, и только один человек узнаёт её голос среди рева прибоя.
Ни один король, ни один советник, ни один мудрец не мог сравниться с той, что носила имя Сиэль. Её даром было видеть и переплетать нити судеб. Но что есть дар без Избранника? Лишь бесплодная возможность, что остаётся спящей.
Когда же пришёл её час, связалась она с воином, человеком чести, но судьба его была коротка — предначертано ему было пасть в бою. Однако Сиэль, осознав, что без него её жизнь потеряет смысл, изменила предначертанное. Связав свои силы с его судьбой, она вплела в неё новые нити. И, о чудо! Клинок, что должен был пронзить его сердце, скользнул в сторону, враг, что должен был настичь его, пал от иной руки. И так было всегда. Смерть ходила за ним по пятам, но не могла поймать в свои сети, пока жила его возлюбленная. Ибо такова сила фэргю — они питаются от связи с тем, кого избрали, и сами питают ею Избранника. И чем сильнее эта связь, тем чудеснее их дары.’
От страницы меня отрывает тихий стук в дверь, и голос Труди:
— Госпожа, в столовой все готово. Изволите к столу?
Быстро убираю книгу на полку и только сейчас замечаю, что на улице совершенно стемнело, а читаю я при свете магических светильников. Похоже, я увлеклась чтением и потеряла счет времени.
Стремительно шагаю в столовую, вполуха прислушиваясь к пылким восторгам Труди по поводу ее комнаты и виллы в целом. Она радостно прижимает к груди ладошки и восклицает:
— Госпожа, подумать только! Еще вчера вы были отказной невестой без будущего. А теперь вы герцогиня, и живете в таком красивом месте. Даже братец ваш, граф Рестван, о такой роскоши может только мечтать. Не иначе, это фортуна вас одарила за доброту и терпение!
На ее восторги лишь вздыхаю:
— Ох, Труди… Хотелось бы, чтобы фортуна сначала посоветовалась со мной, прежде чем выбирать мне подарок. Я предпочла бы дом поскромнее, зато сохранила герцогу жизнь.
Когда мы доходим до столовой, на секунду замираю на пороге, под впечатлением от открывшейся красоты. После ночевки в таверне и визитов в тюремную башню мне кажется, я перенеслась в рай.