— Можно, — согласился я. — Только сперва скажи Болеславу, что нужен один человек на земляные работы.
— А зачем? — переспросил Иржи. — Пора уже мои тунеядцам помогать. Януш, Яцек, — крикнул инженер. — Идите сюда, помощь ваша нужна.
В скором времени два близнеца подошли к нам. Одинаковые, как две горошины из одного стручка. Я никак не мог их различить: идентичные веснушки, черты лица, даже голос похожий. Разве что у одного правый сапог был перемотан верёвкой вместо шнурка.
— Что такое, батя? — спросил тот, что с верёвкой.
— Надо ров выкопать. Уже несколько дней живем здесь, а никаких толков ещё нет.
— Это мы можем, — деловито кивнул второй. — Лопаты где?
— Как же нет пользы от вас? — переспросил я. — Благодаря тебе, Иржи, получилось остановить пожар.
— Это была твоя идея, Войцех, — с досадой усмехнувшись, ответил инженер. — Я бы и сам догадался, да только я ничего о местных землях не знаю. Но всё равно твоя же идея была.
Удивительный человек этот инженер. Разобрать плотину, найти слабое место… Всё равно должна голова работать. Ну, видимо, Иржи не считает для себя это чем-то достойным его навыков и умений.
— Лопаты у сарая стоят, — ответил я близнецам. — Только внимательно послушайте, что вам отец скажет. Спешить не стоит, лучше сделать один раз и на века, чем переделывать по тысячу раз.
— Я за этим прослежу, не переживай, — сказал Иржи. — Ну? Что встали? Бегом к сараю.
Инженер доставал из сумки на поясе свой уровень. Скорее всего, он сейчас минут пятнадцать будет объяснять близнецам про уклон и глубину, те будут кивать с серьёзным видом, а потом всё равно успеют напортачить. Я оставил их разбираться и пошёл по своим делам.
Семечко всё ещё лежало в кармане.
Я достал его и активировал «Взор Фермера». Двор окрасился привычными оттенками по степени насыщенности живки: зелёным там, где эссенции было много, бледно-жёлтым у вытоптанных дорожек. Я медленно прошёл вдоль огорода, поглядывая под ноги.
Грядки, на которых рос картофель, были очень насыщены живкой. Почти везде под девяносто процентов, но там уже занято.
А вот у дальнего угла, где стоял пень от спиленной ели, картина была иная. Нити эссенции будто тянулись к чему-то под землёй. Корни, наверное. Ель давно срублена, а корни постепенно перегнивают и кормят почву. Девяносто восемь процентов насыщения. Выше, чем где бы то ни было на участке.
Пожалуй, можно здесь и посадить. Где-нибудь поблизости от этого пня.
Я присел, пальцем сделал в земле небольшое углубление и опустил семечко на дно ямки, присыпал и придавил пальцем.
Система тут же предоставила мне оповещение: