Дверца открылась, и на землю спустился, судя по всему, его слуга. Он сделал несколько шагов в нашу сторону и громко крикнул:
— Эй, вы! Местные! Живо подойдите к господину. Земли Гулоса в какой стороне находятся?
— Что ж… Ну пойдем. Познакомимся с новым соседом, — указав на карету, хмыкнул я.
Мы вышли из тени деревьев и направились прямиком к экипажу. Слуга нового землевладельца сделал несколько шагов назад, словно испугался нас. Охотничий нож на поясе Беатрис и уверенная осанка Радована явно не вязались с раболепием местных крестьян.
Неужели нас приняли за разбойников?
Я проигнорировал слугу и подошел сразу к открытой дверце кареты. Мужчина внутри слегка приподнял бровь, разглядывая меня с ленивым любопытством.
— Войцех Мейер, землевладелец участка «№ 47-В», — представился я.
Услышав номер участка и мое имя, мужчина в карете мгновенно изменился в лице. Он понял, что перед ним стоит не просто местный житель, а такой же владелец земель как и он.
— Вот как? Сосед, значит, — мужчина наконец соизволил выйти из кареты. — Что ж, приношу извинения за резкость моего слуги. Дорога из столицы вымотала нас всех. Меня зовут Казимир Корн. Бывший гильдейский мастер, а ныне — законный владелец первой трети бывших земель Гулоса Ланге.
— Земли Гулоса Ланге… — я задумчиво повторил имя бывшего соседа. — Что ж, господин Корн, добро пожаловать на фронтир.
— Благодарю, — Казимир едва заметно кивнул. — В столице сейчас туго с перспективными наделами, а здесь… здесь невероятный простор для развития. Мои люди в кратчайшие сроки облагородят эти земли. Главное, чтобы окружение не создавало лишних проблем.
Последние слова были похожи на завуалированную угрозу в мой адрес. Конечно, можно было предположить, что он имел в виду местную фауну, но, сомневаюсь, что господин Корн хоть что-то понимал о фронтире.
Он повернулся боком и небрежно указал пальцем в сторону густых зарослей, которые, судя по всему, как раз отделяли его новые владения от моего участка.
— Кстати, о границах. Канцелярия выдала мне бумаги на владение, но, как это часто бывает у столичных клерков, межевание на картах проведено весьма условно. Вот этот лес, — Корн кивнул прямо на ту просеку, откуда мы только что вышли, — должен отойти под вырубку для строительства домов.
— Этот лес, господин Корн, принадлежит мне — сухо ответил я. — Думаю, вам следует ещё раз внимательно ознакомиться с выданными вам документами.
— И сколько же времени вы владеете этим участком, господин Мейер? — спросил приезжий землевладелец.
— Чуть больше года, — ответил я.