Это был приказ. Я увидел, как напрягся Пётр. Он тоже думал о предстоящем отдыхе. Но спорить бесполезно. Мы были частью системы. Мелкой, но важной шестерёнкой в машине обороны Архангельска.
У указанного фонтана мы расселись вдоль бордюра на пустые ящики от боеприпасов. Гай сразу же лёг у моих ног, тяжёлой тушей повалившись набок, и заснул, дёргая во сне лапами. Я выпил ещё глоток из фляги Петра. Горький чай больше не грел, а лишь утолял жажду.
Через час к нам присоединился Аверин со своей командой. Голос Ильи Мурома продолжал греметь, во всех деталях рассказывая, как проходила зачистка их сектора.
Мимо проходили другие отряды. Потрёпанные, ликующие, мрачные. Доносились обрывки разговоров: «…на набережной щитоносца еле завалили…», «…в слободе из разлома духи воды полезли, пол-улицы затопило…».
Звёзды уже блестели на небе, когда к площади подъехал чёрный штабной автомобиль стражей. Из него вышел мужчина лет пятидесяти с жёстким, будто высеченным из гранита лицом и нашивками полковника на мундире. Это был сам комендант городского гарнизона.
Он прошёл к карте, где офицеры ставили последние метки, о чём-то коротко поговорил, а затем обернулся к собравшимся аристократам и командирам отрядов. Его голос, усиленный магией, прокатился над площадью.
— Городская операция по локализации прорыва завершена. Все крупные очаги подавлены, — в толпе пробежал вздох облегчения. — Но, — комендант сделал паузу, давя на корню радостные возгласы, — режим повышенной готовности в городе и на прилегающих территориях продлевается на тридцать дней. Прорыв такой силы оставляет после себя нестабильные швы в реальности. Возможны рецидивы и всплески аномальной активности. Маги УИБ теперь способны прогнозировать повторные прорывы за двенадцать часов до их возникновения. В связи с этим все владельцы земель и главы дружин обязаны находиться в городе или в непосредственной близости от своих имений. По получении сигнала о возможном прорыве они должны явиться в пункт сбора не позднее чем за час до прогнозируемого времени прорыва. Выезд за пределы региона возможен исключительно по личному разрешению военного коменданта или штаба УИБ.
Глава 4
Грузовик Степана нёсся по ночной дороге от города к имению. В кузове, на пустых деревянных ящиках, расположилась наша разношёрстная компания. На восточной стороне небо уже начало светлеть, готовясь к восходу.
Тишину нарушал только рёв мотора и завывание ветра в щелях брезента. Все молчали, переваривая прошедший день. Я сидел, прислонившись к борту. Усталость была приятной: мы с друзьями и стражниками из Сердцегорска сделали дело. Закрыли разрыв. Потерь не было, лишь пара лёгких ранений у наёмников, да и тех при желании можно было избежать.