— Ничего себе, — прошептала пораженная девушка, оглядываясь по сторонам. — А наши тут совсем не теряли даром времени.
— Это точно, — ответил я, чувствуя, как при виде всего этого великолепия внутри у меня разливается странное, можно даже сказать детское удовлетворение.
В этот момент из-за угла дома появилась невысокая, коренастая женщина, которую я раньше никогда не видел. На ней был одет простой, но чистый фартук, а в руках она держала ведро с водой, которое, впрочем, сразу же уронила, увидев нас, а потом побежала обратно за дом, громко при этом причитая:
— Господин Лориэн! Господин Лориэн! Они вернулись! Глава вернулся!
Услышав эти слова, я усмехнулся, мысленно подумав о том, что хоть мне было очень непривычно слушать обращение «Глава», однако стоило признать — звучало оно приятно.
Спустя несколько секунд из дома выскочил старый эльф, который за время моего отсутствия успел не только переодеться, но и хорошенько придти в себя, от чего выглядел сейчас весьма бодрым, и я бы даже сказал — счастливым, а за его спиной маячил Илья.
Не сдержавшись, я улыбнулся, когда увидел, что мой друг, который прошёл со мной через огонь, воду и медные трубы, был облачен… в белый фартук с кружевами по периметру и в какую-то смешную шапочку на голове, которая явно была частью униформы повара.
— Аха-ха-х, — рассмеялись мы с Шани, а потом она сквозь смех сказала:
— Дроггатар, а тебе очень идёт твоя новая форма!
Илюхе такое дело не очень понравилось, и с побагровевшим лицом он закричал:
— Серёга! Ты чего ржёшь? Я на это не подписывался! Я хотел приключений, сражений с монстрами, эпических битв и героической смерти! А не этого! — он дёрнул себя за фартук, который, казалось, вот-вот порвётся. — Я тут с овощами и супами целыми днями воюю! Это не жизнь! Это издевательство!
— А мне кажется, что тебе очень идёт, — вставила продолжающая веселиться Шани. — Прямо хоть сейчас выдавай премию «Идеальный повар месяца»!
— Да пошли вы! — буркнул обиженный Илья, но я слишком хорошо его знал, и заметил, что уголки его губ чуть дёрнулись вверх.
В этот момент на крыльце появилась одетая в простое, домашнее платье Жаклин, которая выглядела в нем настолько непривычно, что я даже замер на несколько мгновений. Её обычно собранные в тугой хвост волосы сейчас были распущены и спадали на плечи мягкими волнами, а на лице не было ни единого грамма макияжа, что надо признаться — весьма ей шло.
Увидев меня, она открыто и светло улыбнулась, и в этой улыбке не было ни капли той отстранённости, которая иногда проскакивала между нами раньше.