Адмирал окончил свою речь и умолк. Император тоже молчал, разглядывая шарообразную карту, и размышлял о чем-то.
— Я готов немедленно выступить на встречу армиям Кхаала и уничтожить его, мой вождь, — заявил Раудд, и взгляд его стал похож на взгляд обреченного на смерть.
Все о чем говорил Раудд, по мере доклада вспыхивало на карте. Урасс смотрел на выкладки адмирала, и увиденное быстро привело его в бессильную ярость. Захваченные армиями Кхаала за последние дни области, с небольшими разрывами, опоясывали уже весь центр галактики. Пилон с прилегающими системами был почти окружен. Но здесь действительно концентрировались вооруженные силы, верные своему вождю, хотя и уступавшие почти в пять раз по численности мгновенно возросшим из-за предательства порабощенных кланов армиям Кхаала. А все скопления звезд, лежащие на границах исконных владений клана аброгов, находились теперь под контролем его врага, которого он явно недооценил.
Как это могло произойти? Еще вчера этот мятежник не мог выбраться за пределы владений одного клана Харра, а сегодня его армии уже перерезали вес пути к столице могущественной империи аброгов. А он, Урасс, великий вождь, во власти которого еще вчера находились жизни не только аброгов, но и всех покоренных народов от ядра до большинства окраин галактики, уже не контролирует не только окраины, но и потерял весь центр своей обширной империи, от которой осталось только закрытое надежной броней сердце. Да и надежной ли? Нет, он еще верил своим солдатам, и сил у него было достаточно, чтобы дать решительный бой племяннику казненного им старого маршала, который рвался к столице, мечтая уничтожить ее в скором времени. Урасс еще был императором и не собирался сдавать последний оплот без боя.
Верховный вождь отошел от карты. Не обращая внимания на Раудда, сделал несколько шагов к открытому до сих пор отверстию в жилище шиллагов. Там внизу, его любимые зверьки уже заканчивали пить последнюю кровь из тела молодого адмирала Во. Урасс долго и с удовольствием смотрел на растерзанного молодого глупца и поймал себя на мысли, что предпочел бы видеть здесь Кхаала, которого, по донесениям разведки, его презренные адмиралы тоже называют вождем.
Урасс даже щелкнул хвостом по каменным плитам. Это воспоминание снова привело его в глухую ярость.
«Он не мог сделать это один, — вдруг подумал Урасс, вспомнив, что все происходило слишком быстро. — Значит, был заговор, который я не заметил, и все было сделано тайно. Долго созревало, а затем стало набирать обороты после чьей-то команды. Однако, всех, кто был способен отчаяться на заговор, я уже давно казнил. Кто же ему помог, неужели вожди подконтрольных мне кланов составили тайный заговор, выбрав молодого Кхаала вождем? Нет, это невозможно. Вся империя наводнена моими шпионами. Я бы знал».