«В нашем смехе, и в наших слезах, и в пульсации вен. Перемен, мы ждём перемен!»
Эта строка из песни Виктора Цоя крутилась как зацикленная в голове Сергея Титова. Единственное, что совпадало в ней по его внутренним ощущениям, — это пульсация вен. Тело буквально выворачивало наизнанку от немыслимой боли. Каждая клетка его организма, каждый потаенный уголок души вопил от негодования, не давая разуму покоя. Эти «голоса» ужасно раздражали и мешали сосредоточиться. Титову казалось, что его тело горит, и этот огонь пожирает его изнутри.
Память отказывалась работать. Кроме своего имени и национальности, он не мог вспомнить ничего конкретного. Его мозг был словно толстая книга с белыми пустыми страницами.
«Что со мной произошло? Где я нахожусь и почему мне так больно? — мысленно вопрошал он, но ответа не находил. — Память, мать твою за ногу! Ты чего? Куда ты ускользаешь? Что с моим прошлым?»
«Туман!» — раздался в его голове незнакомый женский голос.
«Та-ак! — скривился он от очередной вспышки боли. — Уже кое-что. А что тогда с моим будущим?»
«Тень!» — с каким-то явным злорадством ответил голос.
«Понятно. И как мне отыскать себя?»
«Пробуждайся!» — посоветовала невидимка.
«Но как? Я же горю?»
«Кто тебе это сказал? — удивилась незнакомка. — Ты просто перерождаешься!»
«В младенца? — предположил Сергей, мысленно цепенея от ужаса. — Я умер?»
«Ха-ха! — рассмеялась собеседница. — Почти, но я тебе не дала этого сделать!»
«Ты кто?» — Титов попытался пошевелиться и с восторгом понял, что тело постепенно начинает ему подчиняться. Боль немного притихла. И он ощутил, что руки и ноги двигаются.
«Я твой демон, Яра!» — доложил голос.
«Мой демон? — откровенно поразился Сергей. — Что это слово значит?»
«Можно сказать, я твой невидимый для всех помощник. Есть такое слово: виртуальный. Оно означает, что со мной можешь общаться лишь ты.»
«Да? А я тогда кто?»
«Ты мой господин! Ты изменённый!»
«Ёксель-моксель! Так я не человек, что ли?»
«В какой-то мере — да! — с восторгом подтвердила Яра. — Ты намного выше презренных людишек!»
Титов попытался приподнять закрытые веки. Почему-то это простое движение далось ему с неимоверным трудом. Но и открыв глаза, он не обрёл ясности в происходящем. Неизвестное тёмное помещение вряд ли походило на жилую комнату или хотя бы больничную палату.
«Яра, где я нахожусь?»
«В шатре».
«Где-е? — изумился Сергей. — И как я тут оказался?»
«Тебя нашли в песках кочевники».
«А там я как оказался?»
«Ты прилетел из космоса и упал на эту планету».