— А чем ты тут занимаешься? — я похлопала пушистыми ресницами, которые в отличие от волос были чёрными, как уголь.
— П-приехал снимать Северное сияние, — пробормотал красавчик.
— Ммм, видел афишу? — удивилась я.
Он не меньше удивился в ответ.
— Афишу? Нет. Прогноз. В вашем регионе самый сильный индекс, сегодня-завтра ожидается…
Я не дала ему договорить, обняв за шею и прижавшись к его губам своими. Но он продолжил что-то бубнить, поэтому мой язычок проник в его рот. Поцелуи мои так свежи и сладки, что могут свести с ума. Приходится умеривать свой пыл.
— Моя сестра будет сегодня танцевать, — с улыбкой сообщила я, махнув в сторону окна, — Представление скоро начнётся. Можем посмотреть вместе.
Глаза его снова округлились, как у совёнка.
— Где танцевать?
— Вестимо где, на небе! Она — одна из тех ветреных девочек, что танцуют в «Северном сиянии», это такой танцевальный коллектив. А ты думал как? На небо просто так кто-то зелёной флуоресцентной краской плещет?
Красавчик помотал головой.
— А хочешь, после выступления я её позову сюда? Смотри, начинается!
Я подтолкнула его в сторону окна, обняла сзади, запустив руки под футболку. И мы молча наблюдали феерию. Жаль, у людей зрение не ахти какое. Кроме зелёных всполохов на небе он так ничего и не видел. Однако и это привело его в полный восторг и заворожило. Он настроил свою фото-технику и снимал, снимал, снимал…
Когда я увидела, что партия сестры закончена и на небесную сцену выпорхнули другие ветреные девочки, я позвала её. С высоты к домику устремилась зелёная комета, впорхнула в распахнутое для неё окно. Приземлившись в центре комнаты, сестрица чмокнула меня в щёчку и воззрилась на красавчика.
— Это сон! — невинно улыбнулась она пухлыми розовыми губками и озорно сощурилась.
Соблазнительно покачивая бёдрами, сестрица обошла парня так, чтобы он мог оценить её умопомрачительную фигурку. Встала перед ним спиной и томным голоском попросила расстегнуть молнию на длинном облегающем платье со шлейфом. Я ухмыльнулась. Всё-таки есть что-то в этом. Не сразу свалиться, как снег на голову во всей своей обнажённой красе, а дать потомиться, пофантазировать, что же там, под покровами.
Уверена, что даже в самых своих смелых фантазиях наш красавчик не мог вообразить себе дальнейшего. Две пары тонких, сильных, изящных рук ловко освободили его от одежды и уложили на кровать. Две пары упругих волнующих грудей попеременно маячили перед его лицом и легко давались в руки. Пышные бёдра манили. Две пары нежных губ и два ловких язычка одарили ласками сверху донизу.